Темное завтра (ЛП) - Харпер Хелен

— Мы все на взводе, моя дорогая. Животные к этому чувствительны.

— На самом деле, — говорит О'Ши, — я чувствую себя довольно хорошо. Ранее я выпил пять «Ред Буллов» и думаю, что смогу это сделать. Если остальные хотят немного поспать, я могу продолжить.

— Я помогу, — добавляет Майкл. — Я съел слишком много сладкого.

Я раздражённо вздыхаю и бросаю бумаги на ближайший стол. Моё внимание привлекает фотография на верхней странице, и я замираю.

— Звучит как отличный план, — сияет О'Ши. — Мы с Майки-дорогушей продолжим бодрствовать. Одни. Мы будем работать вместе, чтобы найти тех, кто похищает тела, и время от времени наши взгляды будут встречаться через всю комнату. Когда я найду компанию, которую мы ищем, он будет в таком восторге, что вцепится в меня. Он не сможет удержаться, чтобы не заключить меня в объятия и…

— Ты ведь знаешь, что я влюблён в Бо, верно?

— Она очень маленькая. В конце концов, у тебя будет ужасно болеть спина. Я гораздо лучше подхожу тебе по росту.

— Бо, — говорит Майкл. — Пожалуйста, спаси меня от сумасшедшего деймона.

Я не отвечаю. Я снова беру листок бумаги и смотрю на него.

— Бо?

Я делаю глубокий вдох.

— Rogu3, у тебя ещё сохранилось то видео с нападением ведьм-гибридов?

Он моргает.

— Да.

— Можешь его воспроизвести?

Все остальные наблюдают за мной.

— Бо, — спрашивает Майкл, — в чём дело?

Я протягиваю ему листок бумаги. Он опускает взгляд и хмурится. Rogu3 нажимает несколько клавиш, и на экране открывается видео. Я смотрю на беззвучно мелькающие кадры, а затем указываю пальцем.

— Поставь на паузу, — я смотрю на Майкла.

— Это один и тот же тип, — выдыхает он. — Владелец этой компании и тот тип, который говорит с тобой. Человек. Это один и тот же мужчина.

Я прикусываю губу.

— Да.

Бет опускает взгляд.

— «Ренасцентия». Странное название.

— В переводе с латыни Renascentia означает «возрождение», — говорит мой дедушка. Мы обмениваемся многозначительными взглядами.

— Чем они занимаются, Бо?

Я просматриваю детали, понимая, что мы все затаили дыхание. Даже Кимчи и кошка, кажется, застыли в ожидании ответа.

— Консультации, — отвечаю я. — Здесь не указано, в какой именно области они консультируют.

— Это расплывчато, — говорит О'Ши. — Всё сходится.

Я крепко сжимаю листок и выхожу из комнаты, прямиком в комнату Милдред. Она спит на кровати, и она не слишком обрадована, когда я её бужу.

— В чём, чёрт возьми, твоя проблема? — вопит она на меня.

Я хватаю её за руку, поднимаю и практически волоку в главную комнату. Она протестует, но, увидев напряжённые лица, большинство из которых принадлежат вампирам, успокаивается.

Я указываю на стул Rogu3.

— Садись. Когда я постучала в твою дверь, — говорю я, обходя её кругом, — я сказала тебе, в частности, что не причиняю вреда детям.

Она скрещивает руки на груди.

— Да? И что?

— Ты помнишь, что ты ответила?

— Что я знаю, что это ложь, — она хмурится. — В чём, собственно, дело?

— Откуда ты это знала?

Она раздражённо выдыхает воздух.

— Было чёртово видео! Оно разлетелось по всему интернету!

— Ты видела это видео?

— Я слышала об этом по радиосвязи. Я уже говорила тебе об этом. Какая разница, видела я это или нет?

Я поворачиваю кресло так, чтобы она оказалась лицом к экрану.

— Включи ещё раз, Rogu3, — говорю я. Он включает видео с самого начала.

Милдред бросает на него сердитый взгляд.

— Зачем ты это делаешь? Чтобы доказать, что ты большая, плохая и страшная? Это я уже поняла, большое тебе спасибо.

— Просто смотри, — огрызаюсь я. Когда человек выходит из толпы, я кивком указываю на Rogu3, чтобы он снова оставил на паузу. — Вон там, — я показываю пальцем. — Ты его знаешь?

Следует небольшая пауза.

— Этот мужчина? Я никогда в жизни его раньше не видела.

Я наблюдаю за выражением её лица. Это ещё один тупик? Простое совпадение?

— Ты уверена в этом? — настаиваю я.

Она вскидывает руки в воздух.

— Да! А теперь оставьте меня в покое! Женевская конвенция, как вы все знаете, должна предотвращать такого рода злоупотребления.

Я закатываю глаза.

— Ты не военнопленный.

— Похоже на то, — ворчит она.

— Милдред, — мягко вставляет Майкл, — ты знаешь кого-нибудь ещё на видео?

Она отводит взгляд.

— Нет.

Мы с Майклом обмениваемся взглядами.

— Милдред, — говорю я, — кого ты узнаешь?

Она поджимает губы.

— Всё пройдёт легче, если ты расскажешь нам.

Мой дедушка подходит к нам.

— Моя дорогая Милдред, мы оба знаем, что для тебя это конец. Я могу просить о снисхождении в твоём случае, если ты поможешь нам. У тебя ещё есть шанс поступить правильно.

Она по-прежнему ничего не говорит.

Он продолжает.

— Этот раздражающий вампир — моя внучка. До того, как её приняли в Семью Монсеррат, она работала на нескольких безнадёжных работах и имела несколько неудачно выбранных любовников.

— Эй! — протестую я.

Мой дедушка игнорирует меня. Его внимание приковано к Милдред.

— После того, как её завербовали, она стала тёмным существом. Она совершала плохие поступки и, вероятно, продолжит совершать плохие поступки. На самом деле, похоже, что единственный, кто способен повлиять на её совесть — это её новый любовник. Раньше он был вампиром, но теперь стал человеком, и он состарится и умрёт у неё на глазах, причиняя им обоим ненужную душевную боль.

Теперь он начинает по-настоящему выводить меня из себя. Я выпрямляюсь и открываю рот, но Майкл незаметно качает головой. Я стискиваю зубы. Мой дедушка, может быть, и моя плоть и кровь, но он находится в опасной близости от границы дозволенного — и это о многом говорит, когда дело касается него.

— Тем не менее, — говорит он, — она всё равно моя внучка. Она свет и любовь всей моей жизни. Её существование приносит мне радость, и я сделаю всё возможное, чтобы уничтожить любого, кто причинит ей боль, — он наклоняется. — У Милдред Битти нет внуков, но она могла бы их иметь. Это тело, которое она носит, принадлежит чьей-то внучке, той, кто заслуживает собственного шанса на жизнь, — он улыбается. — Расскажи нам, кого ты узнала на видео.

Милдред моргает. Она опускает голову. Молчание затягивается, пока мы ждём. Я сжимаю руки в кулаки. «Ну же, Милли».

— Мальчик, — наконец шепчет она. — Я узнаю этого мальчика. Того, которого ты схватила и вырубила. Я видела его как раз перед тем, как перейти. Этого не должно было случиться. Я нервничала и собиралась отступить, поэтому они отвели меня к нему. Он сказал мне, что это совершенно безопасно. Он заверил меня, что это не больно.

Бет поворачивается и достаёт ноутбук.

— Смотри, — мрачно говорит она. — Этот парень есть практически на каждой фотографии. Его зовут Стивен Макинтайр. Какова вероятность того, что он является вдохновителем всей этой операции и пользуется её преимуществами наравне со своими клиентами? Этот взрослый парень, вероятно, просто его помощник.

Я смотрю на экран, вижу улыбающееся лицо Макинтайра на множестве изображений, и у меня кровь стынет в жилах. Он был у меня в руках. Он был без сознания, и я не знала, кого или что я держу в руках. Я не могу в это поверить.

— Мы нашли их, — шепчу я и смотрю на адрес «Ренасцентии». Это на окраине города. Мы можем быть там в течение часа. — Собирайтесь, люди.

— Вы ведь сообщите в полицию, верно? — кричит Милдред. — Вы скажете им, что я помогла вам? Они будут добрее ко мне. Я верну это тело и получу условный срок или что-то в этом роде, верно?

Мой дедушка улыбается и похлопывает её по руке.

— Моя дорогая, они собираются выбросить ключ, и ты будешь гнить в тюрьме до конца своей короткой, жалкой жизни.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не издать ликующий вопль.

Глава 21. Серебряное блюдо

Адрес «Ренасцентии», который у нас имеется в досье, несомненно, является прикрытием, предназначенным для таких людей, как представители Налоговой службы и таможни Её Величества. Настоящий бизнес по краже тел будет происходить в другом месте. Если мы сразу же начнём штурм этого места, не разработав предварительно надлежащего плана, у тех, кто за ним стоит, будет время сбежать — и, возможно, они заберут с собой всех оставшихся детей. Давайте посмотрим правде в глаза, в «Ренасцентии» уже объявлена боевая готовность, и нам всё ещё нужно найти способ обратить вспять процесс похищения тел. Но и ходить вокруг да около у нас тоже нет времени. Возможно, разумнее всего было бы дождаться Фоксворти или связаться с МИ-7 и позволить им разобраться со всем остальным. Но «Ренасцентия» уже сворачивается, и я хочу действовать сейчас.