На распутье (СИ) - Карпова Надежда
— Пожалеешь ведь, — он склонился к ней, запуская руку в волосы.
— Нет, — Кристин прикрыла глаза от удовольствия (от его ладони по позвоночнику стекла стайка мурашек) и обоими руками провела по его терсу.
— Я же предупреждал! — простонал Треон, впиваясь ей в губы.
Поцелуй вышиб последние мысли из головы... Остались только ощущения. Горячие, яркие, но их казалось так мало. Хотелось больше! Только чертова одежда мешает.
Кристин потянулась снять майку. Треон сначала рыкнул, когда она попыталась немного отодвинуть его, а осознав, быстро сдернул мешающую ткань и снова накрыл собой. Её мгновенно обожгла новая волна интенсивных ощущений. Любое прикосновение отдавалось во всём теле. Руки, губы, кожа к коже. Когда с неё стянули джинсы и бельё, она уже не поняла. Только прижалась теснее, обнимая. Желая чувствовать больше. Его ладони, его поцелуи, его твердые мышцы под шершавой кожей. Его… ох…
Проникновение отозвалось сладкой болью. И сразу к электрическим мурашкам на коже добавилась горячая волна внутри. Каждое движение приносило всплеск удовольствия. Она тонула в этом сладком водовороте и не хотела выплывать. От сенсорной перегрузки сознание плыло, но прекращать не хотелось. Пусть этот день длится вечно.
Глава 25
Свет слепил даже сквозь веки, кожу с одной стороны ощутимо припекало. Кристин рукой прикрыла глаза от солнца и попыталась сменить положение. Не помогло. Да и в бок что-то впивалось болезненно. Пришлось сесть и потереть пострадавшее место.
Опустила взгляд, рука непроизвольно дернулась прикрыться. Хотя какой смысл теперь. Треон с интересом её разглядывал, благо без одежды вид, наверное, более волнующий. Как себя вести теперь, она не знала. Но несмотря на неловкость, его тоже хотелось рассмотреть.
Повела взглядом ниже. Торс от человеческого на первый взгляд ничем не отличался. Под рельефными мышцами ребер не видно, и о строении скелета судить затруднительно. Ещё ниже... её невольно бросило в жар. Странно оказалось понимать, что это недавно в ней побывало. Главная мужская гордость от человеческих вроде не сильно отличалась. Не то, чтобы ей было с чем сравнивать. Не считать же за образец иллюстрации в учебнике биологии? Ноги при беглом осмотре тоже обычные. Ступни только немного отличаются, не расходятся треугольником к пальцам, а более ровной овальной формы.
Рука Кристин сама потянулась прикоснуться. Ей не показалось: температура тела у тланов чуть выше. Обвела ногти странной формы, повела ладонью до колена, выше…
Треон быстро сел и перехватил её кисть, отводя в сторону.
— Не дразни. Нам пора возвращаться.
— А жаль, — снова посмотрела ему в лицо. Так близко. Губы сами потянулись коснуться. Треон подался навстречу.
Поцелуй приятно кружил голову, но такой обостренной чувствительности, как несколько часов назад, уже не ощущалось. Только тепло и удовольствие. Она прикрыла глаза, ловя ускользающие мгновения безмятежности.
Реальность неумолимо возвращалась, а Кристин так и не придумала, как начать разговор. И не решила, стоит ли всё рассказывать Треону. Очень хотелось его предупредить, но страшила реакция: захочет ли он после такого снова её видеть? С другой стороны, если после всего он не сможет принять её, есть ли у них будущее? И стоит ли в таком случае за него так цепляться?
— Жалеешь? — Треон напряженно смотрел на неё.
Кристин с удивлением ощутила соль на губах и влагу на щеках. Она что, расплакалась? С далекого детства не позволяла себе. Неужели мысль — расстаться с Треоном навсегда — настолько её ужасает?
Она стерла ладонью мокрые дорожки и покачала головой.
— Как я могу? Это лучшее, что случилось со мной. Просто... Нет, ничего не просто. Не могу молчать... делать вид, что ничего... Хочу рассказать тебе! Но страшно, что ты... — она говорила всё тише, пока не умолкла, сгорбившись и обхватив плечи руками.
Треон придвинулся и приобнял её.
— Если есть потребность говорить — не молчи. Выслушаю всё.
Кристин вжалась лбом в его плечо и глухо заговорила. Краткий пересказ вчерашнего дня — только факты и по-существу — занял немного времени. По мере озвучивания всего, что напридумывали люди, тело Треона всё больше каменело, но он не отталкивал её. Она не понимала, можно ли считать это хорошим знаком.
Некоторое время сидели в тишине. Солнце потихоньку закатывалось за горную гряду, уступая место сумеркам.
Хотелось закричать, разрушить эту гнетущую тишину. Но возможная реакция Треона на любую странную выходку пугала ещё больше. Люди и так предстали в неприглядном свете. Незачем ещё и неуравновешенными психами себя показывать.
Она осторожно подняла глаза. Треон застывшим взглядом смотрел вдаль, но вряд ли что-то видел. От её движения он опустил руки, но больше никак не отреагировал.
Кристин стало зябко и неуютно. Неужели вот так всё закончится? Она потянулась одежде и дрожащими руками натянула на себя. Машинально сунула руку в карман и...
Где оно? В панике оглядела примятый кустарник и опустилась на землю поближе к тому пятачку, где валялись джинсы. Зашарила руками среди веточек, пытаясь нащупать подарок. Неужели потеряла?
Прикусила губу, сдерживая слезы. Расширила зону поисков, ощупывая уже всё вокруг. Только не это! Где же…
Синяя ладонь протянула ей красное сердце из-за плеча. Кристин схватила его, развернулась и порывисто обняла Треона:
— Спасибо! Спасибо! Я так испугалась, что потеряла. И вообще…
— Ты снова плачешь.
— Надо думать! Я же переживаю! И за вас. И за себя... Чем всё закончится — непонятно... Ещё и подарок пропал... Я же не железная! — она всплеснула руками и осела на пятки, выпуская Треона. А он уже оказывается успел комбинезон натянуть. Сразу не заметила.
— Железо — это металл? Как органическая жизнь может быть из металла? — спросил он ровным тоном, избегая её взгляда. Жалкая тень прежнего живого любопытства.
— Не придирайся к словам! Давно же понял, как много у людей устойчивых выражений с переносным смыслом. Это означает, что даже самый сильный человек имеет предел того, что может вынести без слёз и других эмоциональных реакций, — она провела рукой по глазам, стирая влагу, и засунула подаренное сердце поглубже в карман. Нерешительно подняла взгляд на Треона.
— Чего ты теперь от меня ждёшь? — он сидел в прежней застывшей позе, скрывая свои чувства.
— Я жду?! — Кристин подавила вспыхнувшую обиду. Не такой реакции она ожидала, но, возможно, и теперь сыграла разница менталитетов. Она ведь тоже многого о тланах ещё не знает и даже предположить не может, о чем он думает сейчас. Лучшая тактика: продолжать быть честной. Хотя бы в этом ей не будет стыдно. — Ничего. Я только надеюсь, что вы придумаете, как спасти ситуацию. Расскажи всё отцу. У людей есть поговорка: "Кто предупреждён — тот вооружён".
— Это желание твоей души? — взгляд Треона неуловимо смягчился, и плечи чуть расслабились.
— Да, — несмотря на странную фразу, Кристин поняла, что он имел в виду. Возможно, ей сразу не надо было скрывать своё отношение к происходящему, рассказывая только факты.
— То, что задумали эти мерзавцы — подло, гадко и несправедливо. Я возмущена, но не знаю, как им помешать. Мне никто не поверит, даже собственный отец не стал слушать. А выступать открыто против этих людей — самоубийство. Я пока не настолько спятила и жить хочу. Надеюсь, что вам удастся предотвратить их провокацию. Но они могут придумать что-то ещё. И мне страшно.
— Почему?
— Если всё плохо кончится, мы можем больше никогда не встретиться. Только подумаю об этом и... — Кристин судорожно вздохнула, сдерживая очередной поток сырости. Сейчас это ничем не поможет. — Я буду очень скучать по тебе. Безмерно. И надеюсь: как бы не развернулись события, ты и твой отец не пострадаете.
Треон словно оттаял, поколебался и притянул её к себе, крепко обнимая. Кристин вцепилась в него, ловя последние мгновения близости: тепло тела, глухой стук сердца, присущий только ему запах.
