Людвиг-Объединитель (СИ) - Тарханов Влад
Рудольф лениво поинтересовался, или его друг не написал отчет о деле для императора, и Ганс честно признался, что в Вене делать это не рискнул, а вот тут, в Дрездене, этим займется. Правда, забыл сказать, что устный доклад ушёл к Вилли Штиберу со связным, но это ведь такой маленький нюанс, который, впрочем, стоил Паппе жизни. Руди предложил другу и коллеге отдохнуть у него в замке и поутру составить подробный отчет, от чего тот не отказался. Его проводили в удобные апартаменты, где он почти мгновенно отдался Морфею. А вот проснуться Гансу Фридриху Паппе стало не суждено: помощник Фёллера по грядным делам справился одним точным ударом стилета. Ну а дальше тело опростоволосившегося агента познакомилось с хладными водами Эльбы.
[1] Это соответствует обращению «Ваше Высокопреосвященство»
[2] Spiritus vini — винный дух, если дословно, то это винный спирт, то есть спирт, получаемый из вина. Чача, например, или основа для коньяка.
Глава семнадцатая
Она непраздна!
Глава семнадцатая
Она непраздна!
Мюнхен. Императорский дворец.
8 марта 1866 года
Сегодня все хотят моей смерти! Точнее, спешат обрадовать своего любимого императора, да так, чтобы он прям с трона и на смертное одро… или смертный одр… одер? или… да хрен его знает, в общем, чтобы он откинул копыта и не отсвечивал своей надутой физиономией. Утречком супруга на ушко сообщила, что наконец-то она уверена: у нас появится ребенок! И она намерена подарить мне наследника престола! Я ничегошеньки не возражаю. Кронпринц Виттельсбах — это как раз то, что делает корону осязаемой, ибо создаёт преемственность власти. И власть в данном случае — это про ответственность, а не про привилегии.
И я решил осчастливить свою половинку даром, воистину императорским: велел секретарю накрапать указ и считать восьмое марта Международным Женским днём! А императрице подарил в этот день серьги с чёрными парными жемчужинами. Получилось весьма. Тем более, что эти редчайшие драгоценности прекрасно оттеняют белизну ее нежной кожи. Хорошо, я привык к этому празднику! Да, я пошёл себе навстречу, чтобы в ЭТОМ времени хоть что-то напоминало о ТОМ, которое не наступило, возможно, и не наступит вообще! Наплевать, что подумают другие, а вот Франсуаза будет уверена, что это праздник в честь утренних новостей. Ага! Ага! Ага!
Но если бы меня хотела осчастливить только дражайшая половина, отнюдь! Перед завтраком появился главный императорский егерь и заявил, что Его Величество может, наконец, отдохнуть, поскольку егеря выследили матерого секача. Ну что у людей за извращенное представление об отдыхе! Но придется сделать выезд, ибо государева охота — это светское мероприятие, которое следует периодически проводить, иначе просто не поймут! Что это за император, что ни разу в Завидово не отстрелялся? Простите, в Линдерхофе. Там архитектор уже приступил к проектированию резиденции (дачного домика), посему передвинул охотничий домик короля Максимилиана (отца моего в ЭТОЙ реальности). Там и переносить особого труда не пришлось приложить. Так что где приготовить кабанятину мы, конечно же, найдем.
Затем меня поспешил обрадовать секретарь и сообщил, что монах Мендель таки выбрался в Мюнхен и ожидает аудиенции Его Величества. Монаха я вызывал. Точно, вот только то, что он не полетел по первому зову, а столько возюкался в той мутной Австрии меня совершенно не грело. Парень! У меня тут научное обоснование групп крови пригорает! Мне срочно нужен научный прорыв, а ты от своих ростков гороха оторваться не можешь! Зря, очень зря!
Затем, еще перед завтраком, припёрся Мольтке, и порадовал, что к весенним маневрам всё готово и, если ничего не изменилось, то восемнадцатого марта можно дать отмашку и начинать. У него всё готово? После завтрака вызвал Штибера и выяснил, что не только у Мольтке всё готово к весенним манёврам. Тем лучше. Не буду сие дело откладывать в долгий ящик. Это не в гроб, это такое выражение, которое появилось от того, что прошения (челобитные) чиновникам подавали свёрнутыми в трубочку, а те их складывали в специальный ящик. И если не подмазать чинушу, то прошение лежало в оном предмете «в долгую». Потом пришёл фон Кубе, оказывается, он тоже к маневрам готовится. Может быть, и мне подготовиться, как следует? Принять ванну, выпить чашечку кофэ? Да, я не Геша, мне без подготовки не обойтись[1].
А что у нас на сегодня из обязательных мероприятий? Открытие института крови. А если конкретнее изучения крови, переливания и прочего, с этим всем связанного. И институт будет работать «под крышей» Мюнхенского университета, точнее, его медицинского факультета. Заодно проверю, как мои идеи относительно усовершенствований в медицине, дают плоды, и дают ли их вообще. Я заметил, что люди не слишком-то воспринимают идеи из будущего, так, как будто само время их отвергает. Казалось бы — чего тут проще? Ан нет! Объясняешь человеку знающему, профессору, без пяти минут академику какие-то прописные для моего времени истины, ну типа, не след ковыряться в жопе, а потом не помыв руки, лезть в рану. А он смотрит на тебя, как баран на новые ворота и ни в какую… по глазам вижу, будет ковыряться! И руки мыть не считает обязательным, ибо сие еще не доказано! Кем не доказано? А иным профессором, который уже академик. То есть человеком авторитетным. Ты, ампираторское величество себе там булькай чё-та, а вот научный факт, это то, что у Аристотеля записано, а академиком Флюдерхером подтверждено и в анналы серебряными буковками внесено!
Обрадованный… иду умываться и облачаться. Надо бы серьезно подумать над современной модой. Носить все эти подвязки и прочую хрень… нетушки! Надо вводить что-то более вменяемое. Как говорил один персонаж: «Гвардию построить на центральной площади! Форма одежды летняя, парадная: синие мундиры с золотой оторочкой. Рукав вшивной. Лацканы широкие. Талия на 10 см ниже, чем в мирное время»[2]. Или вот это: «Мне — в этом? В однобортном? Да вы что? Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет? Безобразие! Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!».
Ну а потом меня совершенно обрадовать решил Бисмарк. Наш любезный Отто фон припёрся с радостной новостью, что армию предполагается сократить до девятисот тысяч при постепенном переходе к двухмиллионному резерву. Вот только денег на это уже и нету! А что вы хотите? Францию били? Били! Саксонию били? Били! Данию били? Били! И всё это считай за один финансовый год! Где деньги, Зин? И не скажу, что эти войны нам никакой выгоды не принесли, но репарации от Франции еще поступать не начали, кое-что изъяли из датских и саксонских сундуков, которые они считали своей казной, да ну их! Это несерьезно! И вот сижу и думаю, чего мне делать предстоит, ибо Бисмарк высказался и свалил в закат, точнее, в полуденный зной. Какой тебе зной в марте? А! В сиесту удалился! А мне тут всё расхлёбывать!
А тут приходит телеграмма, что сегодня ночью дедуля заявиться. Ну что же, потащу тебя на охоту! Мне что, одному такое счастье? Тут весь столичный бомонд собирается. Может парочку актрисулек пригласить? Танцовщиц из балета, например? Тогда Франсуазу не брать? Или брать? Пусть убедиться, что я — кремень! А дедуля, дело-то житейское!
Воспользовался тем, что супруга куда-то ущебетала, и на обед заставил повара приготовить серьезное блюдо: макарон по-флотски. Он сопротивлялся, не хотел столь простецкое готовить, но каприз императора — это приказ для повара. Он может быть не согласен, но если не приготовит, то его потом ни в одно приличное заведение не возьмут! Я уединился в обеденном зале с блюдом макарон и приказал никого к себе не впускать: ни в обеденный зал, ни в кабинет опосля этого! Ибо император думать будет! А думать после поглощения макарон по-флотски намного лучше, чем натощак! Научно доказанный мною путем неоднократных повторений факт! А статистику уже придумали?[3] Мне бы оная сейчас очень даже пригодилась. У кого бы спросить? Ладно, профессура на открытие института обязательно соберется. Вот и у кого-то там поинтересуюсь.
