Всадник на белом коне. Трилогия (СИ) - Морозевич Юрий В.

— Да, понимаю. Хотя обычная ртуть, скорее всего, просто бы замерзла.

Эмери продолжала разглядывать своего зеркального двойника.

— А вдруг мы ошибаемся, и это самая обычная металлическая сфера? Твердая, а не жидкая? — внезапно сказала она. — Я проверю.

Она присела на корточки и протянула руку с явным намерением коснуться блестящей поверхности.

— Стой! — крикнул Эллингхаузер, и Эмери замерла, а потом медленно выпрямилась. — Запомни, не стоит прикасаться к тому, чего мы не понимаем. Есть куда более безопасные методы.

Он поднял довольно приличный по размеру камень и, прикинув его вес, бросил прямо в центр «зеркала».

— Ох! — воскликнула Эмери. — А если оно разобьется?

Однако «зеркало» уцелело. Камень утвердился на ртутно блестевшей поверхности, погрузившись в нее примерно наполовину. От него во все стороны пошли вязкие тяжелые круги, впрочем, быстро успокоившиеся.

— Ну вот, — удовлетворенно сказал Эллингхаузер. — Теперь ясно со всей определенностью — металл жидкий. Если это вообще металл.

Несколько долгих мгновений они смотрели на плававший в центре «зеркала» каменный обломок. Загадочный объект теперь до невозможности напоминал блестящее металлическое око с темным зрачком посередине. Впечатление он производил крайне неприятное, словно некто неведомый всматривался в нарушивших покой пришельцев пристальным и недобрым взглядом. Эллингхаузер ощутил, как по спине пробежал неприятный холодок.

— Капитан, — вдруг произнесла Эмери. — Видите? Что-то происходит.

От каменного зрачка по ртутной поверхности «зеркала» во все стороны медленно, но совершенно неостановимо начало распространяться темное грязное кольцо.

— Вижу, — ответил капитан. — По-моему, эта штука растворяет камень. Что скажешь?

— Похоже, — неуверенно произнесла Эмери. — Не понимаю, как такое возможно? Если бы эта субстанция и вправду воздействовала на породу подобным образом, то уже давно провалилась бы куда-то вглубь... ведь расположена она тоже на камне.

— Ты права. Очередная загадка... Остается лишь предположить, что ее свойства анизотропны.

— То есть как?

— Ну... скажем, верхняя половина растворяет все, что на нее попадает, а нижняя — нет.

Эмери с сомнением хмыкнула. В том смысле, что в природе такого не бывает, а безудержная фантазия может завести ох как далеко. Впрочем, капитан и сам это понимал.

— Однако, все это досужие домыслы, — сказал он, — проверить невозможно.

Он немного помолчал, глядя, как растворяется несокрушимый, казалось бы, камень, а потом добавил:

— Видишь? А ты хотела сунуться туда голыми руками...

— Я поняла, — виновато ответила Эмери. — Постараюсь быть более осторожной.

«Намерение похвальное, — подумал Эллингхаузер. — Главное, усвоить приобретенный опыт и не повторять ошибок. Надеюсь, урок пойдет тебе на пользу.»

Спустя пару минут на поверхности «зеркала» не осталось никаких следов, полностью исчезло даже грязное пятно в центре. Загадочное образование вновь приняло первоначальный вид.

— Что ж, представление окончено, — сказал капитан. — Пошли обратно.

Они развернулись, медленно побрели вверх по склону и остановились рядом с туго натянутым тросом.

— Как думаешь, в обратную сторону наша гравитационная катапульта тоже действует? — задумчиво произнес Эллингхаузер. — Впрочем, вопрос риторический, можешь не отвечать.

Судя по всему, Эмери и не собиралась. Она вдруг подняла руку и указала на корабль.

— Смотрите. Похоже, там Далтон.

Только теперь капитан разглядел фигурку в скафандре, копошившуюся у основания антенны.

— Ты угадала, — раздался голос радиста. — Приветствую вас, капитан. И тебя, Эмери.

— Что у нас со связью? — осведомился Эллингхаузер. — Как продвигается ремонт?

— Как и предполагалось. Полетели два блока — ориентации и усиления сигнала. Сейчас заменю, и будет как новая. А что у вас? Разведрейд что-нибудь показал?

— Ничего. За исключением еще одной загадки. Недра Оберона оказались напичканы ими сверх всякой меры. Но это так... ничего опасного или угрожающего.

— Вы полагаете, мы все еще на Обероне? — в голосе Далтона отчетливо обозначилась невеселая усмешка. — В таком случае, советую посмотреть на небо.

Эмери и Эллингхаузер одновременно подняли взгляд. Только сейчас они вдруг осознали, что полной тьмы больше нет. Вершина скалы над головами ослепительно сияла, словно за ней прятался невероятно мощный источник света, который никак не мог существовать на далекой ледяной луне на окраине солнечной системы. По причине мощной засветки звезды выглядели весьма тускло, из-за чего разобрать их рисунок было невозможно. Казалось, небесный свод совсем близко... рукой подать. По всему выходило, что поймавшая «Леопард» ловушка не столь глубока, как это представлялось с орбиты. Впрочем, вряд ли это тот самый кратер...

«Очередная загадка, — нахмурившись, подумал Эллингхаузер. — Но если это не Оберон... Куда же, черт побери, нас занесло?»

По спине вновь потянуло неприятным холодком. Надежда на благополучный исход основательно пошатнулась и начала стремительно таять. Даже при самом худшем раскладе у гипотетических спасателей все равно были немаленькие шансы обнаружить аварийный корабль хоть на дне самого глубокого кратера... хоть в самой недоступной расщелине... хоть под завалом. При одном-единственном условии: поисковая операция будет происходить на Обероне. В противном же случае...

«Охо-хо... Похоже, рассчитывать придется исключительно на собственные силы. А если рейдер вообще забросило неизвестно куда, то шансов на возвращение практически нет... Чертова луна! Это будет фатальным невезением.»

В наушниках внезапно послышался нарастающий гул, словно на взлет пошло целое звено атмосферных флаинг-машин. Эллингхаузер поморщился и недоуменно покрутил головой, однако ничего подозрительного не обнаружил.

«Галлюцинации у меня что ли... — в замешательстве подумал он. — Этого еще не хватало.»

— Не туда смотрите, — вдруг сказала Эмери. — Похоже, у нас портится погода.

«Ага, она тоже слышит. Значит, я не сошел с ума.»

Теперь и он разглядел то, что цепкий взгляд медиколога подметил куда раньше.

Над «Леопардом» начали сгущаться тучи. Впрочем, не обычные земные тучи, а все те же зеленые облака. Они возникли из ниоткуда вначале в виде легкой туманной дымки, но очень быстро стали уплотняться, заволакивая небеса совершенно непроницаемой вуалью. Звезды померкли, а затем и вовсе исчезли. Клубящаяся изумрудная мгла полностью затянула острый пик над головой и верхнюю часть уступа. Ослепительное сияние размазалось и померкло. Необъяснимое изменение местного климата выглядело довольно угрожающе, хотя объяснить причину тревоги капитан вряд ли сумел бы. Эмери придвинулась вплотную, видимо, испытывала то же неясное чувство близкой опасности, что и он.

— Может быть, стоит поторопиться с возвращением? — тихо спросила она.

Эллингхаузер не ответил. Он не отрываясь смотрел вверх, гадая, какие еще неприятности заготовила для них капризная фортуна. А в том, что грядут именно неприятности, сомнений практически не было. Слишком уж целенаправленно надвигалась на беззащитный корабль уплотнившаяся до предела зеленая хмарь.

«Интересно, камень, брошенный в центр «зеркала» имеет какое-либо отношение к изменению погоды? — думал капитан «Леопарда». — Или просто случайное совпадение?»

Эмери переминалась с ноги на ногу, поглядывая на него с надеждой.

— Ты права, — наконец, произнес он. — Далтон! Бросай все и возвращайся на борт!

— Одну минуту, капитан. Осталось совсем немного. Сейчас я его...

— Далтон! Это приказ!

— Слушаюсь... уже иду. А, черт!

— Что такое?

— Да вывалилось что-то сверху... и прямо рядом со мной. Похоже на ртуть... немаленькая такая капля... Думаю, где-то там в этих тучах летает местная корова, или кто-то удивительно на нее похожий. Во всяком случае, такой же большой... Ого! Капитан! Кажется, у меня здесь начинается дождь!