Фантастика 2023-153. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Романов Илья Николаевич
– И какие же это у тебя тайны, а?
– Ой, я, пожалуй, пойду, – фыркнула Робин, наглухо застегивая сюртук. – Молли, чаю у мистера Бойла в следующий раз выпьем.
– С чего это вы пьете у него чай? – буркнул я.
Не может такого быть, чтобы все на каждом шагу от меня что-то скрывали, а я ничего не замечал!
– Я давным-давно шью у него одежду. Мистер Бойл умеет хранить секреты. – Робин мне подмигнула. – Ваш ведь он тоже хранил? На секретах, похоже, отлично можно зарабатывать! Мистер Бойл летом расширился, открыл чайную при салоне. Там часто встречаются те, кому на людях нельзя появляться вместе, или те, кому есть что скрывать. Влюбленные из враждующих семей, опальные аристократы, которых нигде не принимают, крестьяне, которых в хорошие чайные вообще не пускают. Мы с Молли и ее матерью иногда туда ходим. Фрейя так повеселела после свадьбы!
Они переглянулись и глупейше хихикнули. Я уныло смотрел на них.
– Удачи, Джон. – Робин сочувственно похлопала меня по плечу. – Ты мой герой, так что хватит дуться. Девчонку я у тебя не отбиваю.
– Робин, – угрожающе начала Молли, но Робин уже шагнула к двери, примирительно подняв руки.
– Ушла, ушла, продолжайте щебетать.
Снаружи раздался и затих стук лошадиных копыт. Я с суровым видом сел за стол. Молли с не менее суровым видом села напротив.
– Я слышала, Лиам нанялся матросом на судно и уплыл лечить разбитое сердце в Индию, – заявила Молли, когда молчание затянулось.
– Может, мне тоже стоит так поступить.
– Вам-то с чего?
– Мне показалось, мы уже на «ты» перешли. Я, ну… разрешаю.
– Вот спасибо.
Молчание. Я опустил голову. Блистательного, остроумного и во всем успешного Джона я создавал много лет, но теперь этот Джон мне ничем не мог помочь. Нет ничего сложнее, чем показать, какой ты беззащитный, чувствительный и нелепый дурак. И все же сказать правду – это иногда единственное, что нужно.
– Молли, – начал я, разглядывая свои руки, лежащие на столе. – Ты мне нравишься. Я тебя… Да, я определенно тебя люблю. Но даже если не Робин тому причиной, ты… – В моем голосе непрошено зазвенели слезы. У живого человека так обнажены все чувства! Он заливается краской, потеет, дрожит от неловкости. – Ты отвергла меня! Я ведь спросил, можно ли тебя поцеловать, а ты спросила зачем, и я…
Молли потянулась через стол и накрыла мои руки своей грубой от домашней работы рукой.
– Не нужно, – мягко сказала она. – Ты сейчас что-то такое вбил себе в голову, потому что ты благодарен мне и потому что ты джентльмен, но я ведь знаю, как мир устроен. Поезжай домой, а?
Я вскинул глаза. Молли смотрела на меня с сочувствием, которое меня от души взбесило.
– Только не надо этого… снисхождения! – отрезал я. Щеки у меня пылали. Интересно, от смущения можно заболеть? – Я имею право выразить свои чувства. Твердо и… с определенностью.
Я встал, потом опустился на одно колено. В юности этот момент представлялся мне полным счастья, но сейчас я чувствовал только ужасное волнение, от которого меня мутило, а рубашка противно прилипла к спине.
– Молли, ты… ты… Я был бы счастлив, если бы ты… Выходи за меня.
Молли присвистнула.
– Ого, до чего дошло. Так, все. Встань, давай чайку попьем. Суп уже испорчен, картошка перекипела со всеми этими разговорами.
Она попыталась меня поднять, я воспротивился, и Молли со вздохом села на пол рядом со мной.
– Дать воды? Тебе, кажется, плохо.
– Ну вот, пожалуйста! – Я вскочил, оставив Молли сидеть на полу. – Я тебе не какой-то глупый мальчишка, который не знает, что он хочет сказать. Я – граф, в конце концов!
– Да, об этом трудно забыть.
– Это невыносимо! – заорал я и начал нервно мерить комнату шагами. – Знаешь что? Я думал, ты самый правдивый человек на свете, а оказалось, ты притворщица похуже меня. Просто скажи правду: «Так и так, ты мне не нравишься». Я не ребенок, хватит предлагать мне чай, суп, воду и… И что там у вас еще есть!
– Есть пиво.
– Вот!! Вот и я об этом! – Я брякнулся на пол и яростно уставился на нее. – Говори откровенно.
– Не буду.
– Говори, и я немедленно уйду! Что тут сложного?
– Правду хочешь? Пожалуйста! – Молли вдруг разъярилась так же, как я. Я слегка отполз – в гневе она довольно страшна. – Да я люблю тебя, как чокнутая идиотка, с первой же секунды, как увидела! Доволен? – Она вскочила, подбежала к двери и распахнула ее. – А теперь убирайся! Катись в свой Лондон, или я сама тебя на корабль запихну!
Я моргал, глядя на нее с пола, и Молли с размаху захлопнула дверь.
– Но я же был… мертвый, – брякнул я, не придумав других возражений.
Сердце живого человека может биться с огромной, невыносимой скоростью.
– Да живее некуда ты был, – процедила Молли. Губы у нее подрагивали. – Подошел к забору леди Бланш, пока я снег у нее в саду убирала.
– Я… я думал, ты этого вообще не помнишь.
Молли издала сухой смешок.
– Да уж, конечно, забыла напрочь. Тебя попробуй забудь! Красивый, дерзкий, о таком небось любая дама мечтает. – Она угрюмо пожала плечами и сползла по стене на пол. – А таким, как я, даже мечтать глупо о таких, как ты. Вот и вся история.
– Но… но… – Я прополз несколько шагов в ее сторону и бессильно замер. – Почему глупо? Я же тебя сам спросил, можно ли тебя поцеловать. Тогда, у курятника. А ты спросила зачем…
Молли отвернулась, хмуро глядя в угол.
– Вот именно, зачем? Вы же не всерьез спрашивали, так, развлечься. А у меня к вам всерьез, и у меня тоже гордость есть. А вы потом и не спрашивали больше, сами поняли, как это глупо.
– А вот когда ты за Бена замуж собиралась… – выдохнул я. От переизбытка чувств меня трясло. Я оперся ладонью на пол, а потом лег на него совсем. Нужно глубоко подышать. – Что, я и тогда тебе нравился?
– Конечно. Доктор для брака вообще не создан, неважно с кем. А так я тебя хоть видела бы иногда. – Молли вытерла нос кулаком и встала. – Ну, все, доволен? Садись пить чай и езжай в…
– В Лондон. Я понял, – с трудом ворочая языком, закончил я. – Хочешь поехать со мной?
– Вот заладили.
Молли подошла и протянула мне руку. Я ухватился за нее, и она одним движением подняла меня с пола. Собиралась разжать пальцы, но я вцепился намертво. Так мы и замерли в каком-то подобии делового рукопожатия.
– Ты выйдешь за меня? – хрипло спросил я.
– Нет, конечно.
– Почему?
– Потому что вы, как сами неоднократно упомянули, граф. А я не дура, знаю, как мир устроен. – Она вяло пыталась вернуть себе свою руку. Я не выпускал. – Граф – это почти как король! Вы сейчас расчувствовались, но выспитесь и передумаете.
– Я знал, что умру. Уже после земляничного праздника. – Молли перестала вырываться, но я для верности взял ее руку двумя своими. – Хотел уехать в гостиницу, но услышал, как ты поешь, и… Я остался, я довел расследование до конца, чтобы поразить тебя. Добиться твоей любви.
– Нечего было добиваться, – еле слышно ответила Молли. – Она у тебя уже была.
– Я думал, ты меня просто жалеешь. Как друга.
Она слабо улыбнулась и посмотрела на меня.
– Потому что ты глупый. Нельзя тебе на мне жениться. Я крестьянка, а мы не в сказке.
Я опустился на колени и прислонился лбом к ее животу. Молли охнула.
– Ты за меня выйдешь? – спросил я, не отрываясь. – В сказках все повторяется три раза, так что на этот раз либо «да», либо я поехал.
Молли зарылась рукой в мои волосы.
– Ну… да, – еле слышно сказала она. – Если не передумаешь.
Я так оскорбился, что немедленно встал.
– Ты меня считаешь человеком, который может передумать?
Молли неуверенно улыбнулась.
– Нет, – тихо сказала она и положила ладони мне на щеки. Я сглотнул. – Ты благородный и… И храбрый, и жизнелюбивый. Даже когда дела хуже некуда, у тебя всегда шуточки наготове. Рядом с таким, как ты, кто угодно захочет быть рядом до старости. В свои черные дни, и в твои тоже.
– Я так счастлив, – прошептал я и прислонился лбом к ее лбу. – И так волнуюсь, что сейчас, кажется, умру.
