"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Антропов Роман Лукич
Я обернулась, ища Весту. Та в ночной сорочке тревожно расхаживала из одного угла комнаты в другой, продолжая бормотать себе под нос. Она дошла до стены и резко развернулась, так что чёрные волосы, взлетев, задели книги на комоде. Я во все глаза уставилась на неё, не понимая, что происходит.
– Волосы той, что… Вол… той… ре… той, что не…
Веста направилась ко мне, и я наконец поняла, почему ощущала движение воздуха – из-за её резких поворотов и торопливой ходьбы. Чем больше слов мне удавалось разобрать, тем тревожнее становилось от её безжизненного голоса. Веста совсем не моргала, и я выбралась из кровати, догадываясь, что она бродит в приступе лунатизма. Нужно как-то аккуратно её разбудить.
Сперва я зажгла ближайший ночник, уверенная, что слабый свет привлечёт её внимание, но Веста никак не отреагировала. Её остекленевший взгляд продолжал быть направлен вперёд, словно разумом она пребывала где-то в другом месте. Шаги туда-сюда оставались лихорадочными, нервными, а повторяющиеся движения пугали своей беспрерывностью.
– Веста, – тихо позвала я, но она не отреагировала, стремительно пройдя мимо.
– Умру и я. Пасифея умерла…
– Веста, тише. Всё хорошо, – я подстроилась под её шаг, невесомо прикасаясь к руке, чтобы вынудить притормозить.
– Волосы той, что …етёт. Волосы той, что ре… жет. Волосы той, что не су…
У меня руки покрылись мурашками от её монотонного голоса и бессвязной речи. Сердце гулко забилось в груди при виде её болезненно распахнутых глаз. Не выдержав, я преградила Весте дорогу и схватила её за плечи.
– Веста, проснись, – чуть громче попросила я.
Она замерла и умолкла. Пару раз моргнула, взгляд сфокусировался на мне, а потом она испуганно завопила. Я невольно отреагировала схожим воплем, мы отшатнулись друг от друга. Прошло не больше нескольких секунд, как Кай шагнул сквозь стену, вооружённый копьём. Обведя комнату взглядом, он опустил оружие. Следом за этим распахнулась дверь. Взъерошенный Элион меча не притащил, но на бегу захватил тяжёлый поднос откуда-то из коридора.
– Что произошло? – хрипло спросил он, часто моргая и привыкая к полумраку.
Кай щёлкнул выключателем, и загорелся ещё один светильник. Яркости прибавилось, и мы все зажмурились на пару мгновений.
– Кай, ты как вошёл? – буркнул Эль, откладывая поднос на ближайший комод.
– Через стену.
– Через что? Ай ладно, проехали, – отмахнулся Эль, вероятно вспомнив об иллюзиях и способности воздействовать на материальные объекты. Я этому так и не научилась, но Кай и Веста сказали, что на подобное умение требуется много времени.
– Что случилось? – спросил Кай, упрямо глядя то на меня, то на Весту. Копьё как мираж исчезло.
– Извините. Ничего особенного. Просто Веста ходила во сне. Я попыталась разбудить аккуратно, но не вышло, – объяснила я.
Веста раздражённо застонала:
– Опять? Да как так?! Второй раз за год. Я что-нибудь говорила?
– Да. Про Пасифею.
Я не стала вдаваться в подробности, не желая её пугать, но ни Веста, ни Кай не выглядели удивлёнными.
– Всё хорошо, Веста. Завтра как раз придёт Морос. Так что ничего страшного. Да и рассвет скоро, – заверил Кай, приобняв её за плечи.
Его сестра что-то недовольно пробубнила, но быстро успокоилась, стоило Каю круговыми движениями погладить её по спине.
– У неё бывает. Раньше чаще случалось, но в последние годы она почти не бродила во сне, – пояснил для нас с Элионом Кай.
– Кассия, извини, что разбудила. Ложись обратно. Я пойду выпью тёплого молока.
Веста помассировала виски и направилась к выходу.
– Эль, будешь молоко? – неожиданно спросила она, столкнувшись с братом в дверях.
– С корицей?
– Разумеется.
– А мёд добавишь? – со слабой улыбкой ответил Эль.
– Ты во мне сомневаешься? – наигранно оскорблённо ответила она, но тоже улыбнулась.
Оба, заметно повеселевшие, направились к лестнице. С немым вопросом я повернулась к Каю.
– Всё в порядке. Это правда у неё давно, – заверил он.
– Она говорила про смерть Пасифеи и про волосы.
И вновь никакого удивления.
– Да. Это вроде её очень старого кошмара. Она всегда говорит одно и то же. Веста всю жизнь провела на Переправе среди снов и иллюзий, но она лишь наполовину принадлежит этому месту. По заверениям отца, лунатизм – не более чем следствие, а её ночные видения сейчас совсем редки.
– При чём здесь Морос?
Шумно выдохнув, Кай присел на край кровати, а я прикрыла дверь.
– Раньше кошмары у неё были сильные и часто повторялись. Чтобы они не тревожили Весту, Морос забрал воспоминания о них, и это помогло. Навязчивые сны прекратились на время, а когда вернулись, он снова забрал их. Чем больше он забирал, тем реже они возвращались. Сейчас она мучается редко, бывало год-два без единого кошмара.
Размеренный тон Кая успокоил. Да и он абсолютно не выглядел встревоженным, все ответы, казалось, у него наготове.
«Веста? Что случилось? Ты уверена, что тот же кошмар? Спустя столько лет…»
Меня буквально ударило воспоминаниями.
– Та ночь в Санкт-Данаме… ты оставил меня в своей спальне. Сказал, что у тебя важные дела. Всё из-за подобного кошмара?
– Да, благо тогда она проснулась сама и вышла в Санкт-Данам, чтобы позвонить мне и Моросу. Ты молодец, что разбудила Весту, и не переживай. Спокойно её из этого состояния не вывести, она всегда вопит от страха и удивления, – со слабой улыбкой заверил Кай. – По крайней мере, ты быстро заметила. Однажды в детстве я нашёл её такую спустя часы. Она к тому моменту ноги в кровь стоптала, шаркая по жёсткому ковру.
– Она всегда бродит из стороны в сторону?
– Да.
Я рассеянно кивнула, пребывая всё в смятении.
– Ложись, Кассия. Веста выпьет молока и придёт, – Кай встал и выключил светильник и ночник.
Перед глазами всё померкло, я застыла, пытаясь приспособиться к темноте. Вздрогнула, когда Кай поддержал меня под локоть. Я невольно вытянула руку, и моя ладонь оказалась на его животе. Мышцы под моими пальцами напряглись. Я провела рукой вверх, надеясь найти его лицо. Кай шумно втянул воздух, я ощутила поцелуй вначале на щеке, а потом на своих губах. Кажется, он хотел подарить ласковое прикосновение, но задержался на несколько секунд дольше. Я раскрыла губы, и Кай подался вперёд, жадно углубляя поцелуй. На меня нахлынула долгожданная эйфория, чистейший восторг, словно эмоции вернулись во всей своей полноте, перестав быть слабым эхом настоящих чувств. Я тесно прижалась к нему, пальцами зарываясь в волосы, тёплые ладони заскользили по моему телу. Кожа стала чувствительной, каждое прикосновение обжигало, но я лишь крепче цеплялась за плечи Кая, нуждаясь в его присутствии. Он торопливо отстранился, когда я тихо застонала. Мне тут же стало холодно.
– Прости, не хотел усложнять.
Я всё ещё не могла различить его в темноте, поэтому Каю удалось оставить короткий поцелуй на моей щеке и исчезнуть через стену раньше, чем я справилась со сбившимся дыханием и нашлась с ответом.
Замерев на одном месте, я продолжила стоять, пока сердце не перестало нервно колотиться. Веста всё не возвращалась, и я собралась обратно лечь спать, но тихий стук отвлёк. Скрипнув, дверь распахнулась, впуская лучи от зажжённых в коридоре светильников. Я прикрыла глаза рукой.
– Прости, – Элион зашёл в комнату и наполовину прикрыл дверь, чтобы свет не резал глаза. – Кай спустился вниз и сейчас говорит с Вестой. Я решил оставить их наедине и проверить, как ты, малышка. Ложишься?
– Да, посплю, раз есть возможность.
– Хорошо, тогда пойду, раз у тебя всё хорошо.
Элион одарил меня быстрой улыбкой и шагнул к выходу.
– Эль, – позвала я, и он замер, вновь поворачивая голову ко мне, – если я соглашусь… для тебя наш брак будет значить хоть что-то?
Брови Элиона приподнялись, и я добавила, конкретизируя вопрос:
– Значить хоть что-то не для твоего Дома. Для тебя.
Мы уже обговаривали деловые вопросы, но это личное. Эль знал о моих отношениях с Каем, но я ещё не спрашивала, что этот брак отнимает у самого Элиона. В полумраке, когда я не могла чётко разобрать его выражения лица, озвучить мысли показалось легче, поэтому не сдержалась.
