Владимир Городов - Козыри богов(СИ)
Я взял одно из яблок, которыми жонглировал Кавни, и шагов на пятнадцать отошёл в сторону от дороги к ближайшему дереву. Прислонился к стволу и поставил яблоко себе на темя. Глазами показал на него пареньку:
- Стреляй!
У Кавни округлились глаза, Зи в ужасе прикрыла рот ладонями. А Реди не спеша достал лук, натянул тетиву. Затем расчехлил колчан, быстро выхватил стрелу и, практически не целясь, выпустил в мою сторону. Зи успела взвизгнуть.
В случае чего увернуться я бы успел, поэтому промаха не боялся. Но отклоняться и не потребовалось: стрела уверенно пронзила яблоко точнёхонько посередине. Я отошёл на пару шагов, взглянул на пришпиленный к дереву фрукт, поднял брови и развёл руками, демонстрируя немое восхищение. Реди коротко улыбнулся, так же быстро достал вторую стрелу и послал вослед за первой.
"М-да, о таком я только читал, - восхищённо подумал я, разглядывая результаты выстрела: вторая стрела расщепила первую. - В книжках про Робина Гуда!"
Я перевел взгляд на Кавни и спросил:
- Фирисет, сетрик?
- Фирисет-то, оно, конечно, полный фирисет, - в некоторой озабоченности тот полез рукой в дебри своей шевелюры. - Только ведь этого фирисета всего лишь на одно выступление и хватит.
- Это почему же?
- Да потому. Выступим мы, к примеру, в той же Суродиле, а потом разведут нас за белы рученьки по разным местам. Его, за стрельбу меткую, в воинство лад-лэдское, хочет он того или нет, а меня - в узилище, где расспрашивать будут с превеликим пристрастием: для чего в фиглярском караване оружие имеется? Уж не привольные ли мы, под личиной фигляров спрятавшиеся?
- Не хочу я в воинство! - испуганно воскликнул Реди. - Не любо мне людей жизни лишать!
- А что любо?
- Любо по свету бродить, разные края и земли видеть. Людей потешать.
- Конечно, решать тебе, - обратился я к Кавни, - но я бы на твоём месте парнишку взял. Мне кажется, такой бы пригодился.
- Пригожусь, дяденьки! Ей-ей, пригожусь! Непременно научусь какому искусству! А пока так и на охоту могу ходить, дичь к столу промышлять...
- Ну, пусть так и будет, - согласился сетрик. - Иди в последний фургон. Скажешь Годо, что я велел тебя приютить.
