Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
— Хорошо.
«Как же она похожа на Лианну», — подумал Нед, смотря на выезжающую за ворота дочь.
Глава 40
Долина Аррен
Впечатления от второго совместного пути по Долине в этот раз были хорошими — Сноу просто знал, чего стоит ожидать. Дорога была полна разговоров о семье и прошлом и Джон даже не помнил, когда в последний раз говорил так много. Конь раздражённо фыркал, явно недовольный тем, что приходится везти сразу двух пассажиров вместо одного. Он то и дело норовил оттяпать Мие пару пальцев на каждом из перевалов в отместку, но девушке успешно удавалось избегать нападок животного в свою сторону. Вскоре горы ушли на край горизонта, уступив место полям, рекам и озерам в предгорьях.
— Значит, представь, — начал рассказ очередной истории Сноу. — Великий дом Старк обедает в главном зале: старшие дети о чём-то шепчутся, ханжа септа нахваливает леди Старк её дочь, лорд Старк ведёт беседу с капитаном стражи, малышка Арья бросается в сестру едой, а за соседним столом в компании слуг трапезничает презренный бастард. Словом, идиллия.
— Ну и?
— В какой-то момент все разговоры стихают и Старки сосредотачиваются на еде. Ко мне подбегает сестрёнка и со свойственной трехлетнему ребенку непосредственностью доверительно спрашивает: «Джон, а я тоже бастард?». Вот только её услышали абсолютно все.
— И что было дальше? — спросила Мия, сдерживая рвущийся наружу смешок.
— Леди Кейтилин побледнела и чуть не подавилась едой, а отец сжал в руке подаренный лордом Мандерли стеклянный кубок так сильно, что тот лопнул. Я не знаю, о чем он потом говорил с мачехой, но всю следующую неделю мне даже не напоминали о происхождении.
— А чего это она?
— Мачеха?
— Нет, твоя сестра.
— Я и Арья сильнее всего похожи на отца внешне: вот сестренка и пришла к вполне очевидному в её понимании выводу.
— Любишь её?
— Очень, — улыбнулся Сноу отцовской улыбкой; такого Кошмарного Волка девушка увидеть не ожидала.
— У тебя замечательные братья и сестры. Я даже завидую.
— Они и у тебя есть.
— У тебя больше, — притворно опечалилась Стоун.
— Знаешь, исходя из слухов и… кхм, сластолюбия, свойственного твоему отцу, предположу, что их всё-таки больше именно у тебя.
— Насколько?
— Счет детей короля Роберта уже давно идёт на сотни.
— Седьмое пекло! — выругалась девушка. — Так много? Ещё скажи, что ты их видел.
— Некоторых — как и ты, они очень похожи на короля внешне.
— Правда?
— Да, все как на подбор: высокие, черноволосые и голубоглазые. По словам принца Станниса, Эдрик Шторм, признанный бастард короля, такой же. Когда я тебя впервые увидел, то понял, что в тебе есть что-то знакомое. Мог бы тогда и догадаться.
— Не верю, что мы все прям одинаковые.
— «История великих и малых домов Вестероса» утверждает, что эта внешность была унаследована детьми Ориса Баратеона от Аргеллы Дюррандон, последней представительницы этого дома и последней из Штормовых королей. Впоследствии внешность была унаследована всеми потомками её линии, главной ветви дома, — пересказал отрывок из книги Джон, после чего резко остановил коня и замолк, задумавшись.
— Эй, Джон. Ты чего?
— Да так, всякие глупости в голову лезут. Неважно.
…
Пока история о резне в кровавом тупике обсасывалась благородным обществом со всех сторон, Сноу и его спутница добрались до Чаячьего Города, в котором сели на корабль, идущий в Белую Гавань. Лорд Минога принял гостя вполне радушно, даже несмотря на то, что был занят хлопотами по подготовке к путешествию на юг. В Хайгардене должна была состояться свадьба не только Сансы с Уилласом, но и Виллы с Лорасом. И зная любовь лорда Мейса к бессмысленной показухе, можно с уверенностью предположить, что свадьба его сыновей превзойдет по масштабу королевскую.
Отдохнув в городе день, Сноу с Мией отправились в сторону Королевского тракта, в этот раз не вдвоём на одной лошади. Лорд Минога предложил эскорт, но Джон вежливо отказался. Ещё пару дней и они достигли границ земель Джона с Курганами, а спустя несколько часов и сторожевой заставы. В это время года сухопутные караваны всё чаще путешествуют на юг, ведь в Речных землях и предгорьях Долины можно выручить хорошие деньги за янтарь, кожу, пушнину, железностволы, соль, медь и прочие северные богатства. Знают об этом все, в том числе и разбойники, что начинают орудовать вдоль тракта на Курганах. Возводить заставы на Перешейке смысла никакого не было, а тут она как раз шла на пользу. Последние дни пути Сноу путешествовал в сопровождении собственных мечей.
Вскоре они достигли Серого Древа. Мия не могла поверить, что этот город с аккуратными улочками, население которого скоро превысит десять тысяч, всего два года назад был деревней в несколько десятков домов. Гвардейцы ехали рядом с Джоном, жители уважительно кланялись, пока процессия проезжала мимо.
— Ебучие боги! Что это? — выкрикнула Мия.
— Ты о чём? — спросил Сноу и девушка указала на чардрево.
Помимо исполинских размеров святыня выделялась вырезанным ликом — он сейчас отчетливо виднелся из-за строительных лесов. В отличие от жутких лиц, вытесанных на первых деревьях детьми леса, этот лик представлял собой лицо прекрасной женщины: высокие скулы, длинные волосы, тонкая шея, правильные черты лица и кроваво-красный сок, вытекающий из больших глаз, могли заставить подумать, что дерево действительно плачет. Мастера успешно вытесали голову с шеей, плечи и грудь и сейчас работа велась над руками.
— У чардрева не было лика, так что я приказал исправить это.
— Я видела чардрева, — фыркнула Мия. — Ни одно из них не похоже на ЭТО.
— Я подумал, что больше людей станут молиться Старым богам, если вытесанный лик будет выглядеть дружелюбно.
— Не боишься наказания за богохульство?
— Если я сделал что-то не так, Старые боги сами накажут меня или проявят свое недовольство любым другим образом, — отмахнулся Сноу.
— Почему вы вообще молитесь деревьям?
— Мы поклоняемся духам природы и нашим предкам, что после смерти стали частью этого мира, а не деревьям. С течением времени длина ветвей чардрева достигает длины его корней. Это символизирует связь между ныне живущими и их предками, связь между мирами.
— Интересно…
Спустя ещё десять минут верховой езды Джон достиг внутреннего двора замка. Вель и Дейси с детьми на руках уже ждали его, равно как и Эшара с Эдриком. «Я дома», улыбнулся своей мысли Сноу.
* * *
Небольшой двухэтажный трактир «Копьё щитоносца» входил в число немногих каменных построек Древа: пока их все можно было пересчитать по пальцам рук. Трактир стоял ближе к окраине городка и по вечерам регулярно принимал гостей. Это место быстро облюбовали гвардейцы с солдатами из гарнизона — среди воинов дома Сноу не было такого, который ни разу сюда не наведался. Крепкие напитки, похабные песенки, потасовки, игры в кости и прочие солдатские развлечения — вот то, что мог предоставить трактир. Вскоре он стал «элитарным» заведением исключительно для местной стражи.
Ближе к центральной площади находился кайвассный салон. Заморская игра быстро стала популярной для тех, кому привычные северные развлечения уже успели осточертеть, но хотелось компании людей со схожими интересами — за игрой, выпивкой и закусками коротали время преимущественно ремесленники и люди, руководящие работами по строительству.
Большой постоялый двор с широким внутренним двориком для размещения лошадей и экипажей мог похвастать отличными условиями отдыха, вкусной едой и приемлемыми ценами. Бревенчатое здание с первым этажом из камня смотрелось вполне органично среди прочих, даже не смотря на то, что в его архитектуре угадывались южные мотивы.
Тут гостили и оставались на ночлег гости и торговцы, время от времени проезжающие через Ров: в основном северяне из Барроутона или Белой Гавани, но в последнее время зачастили и речники, торгующие мукой и зерном. Многим путь морем доставлял мало удовольствия, но путешествие по Перешейку было сравнимо с тем самым седьмым пеклом — не меньше недели по тракту, окружённому болотами со всех сторон, без единого постоялого двора или сторожевой заставы. Этот путь утомлял и не важно, в какую сторону ты едешь. Так что всем хотелось хорошенько отдохнуть перед обратной дорогой. Двор приносил хороший доход, ведь сухопутные караваны, как северян, так и всех прочих, не смогут миновать Ров. Если верить слухам, то уже совсем скоро некоторые речные лорды и торговые дома возобновят торговлю, что пойдёт городу только на пользу.
