Первая кампания (СИ) - Александров Алексей "Vizivul"
— Кем? Слоном? — переспросил я, непонимающе воззрившись на девушку.
— Это не слон, а мансахес, — вновь повторила Дивия. Но это дхивальское слово мне ничего не говорило. — Что-то вроде боевой химеры, — щелкнув пальцами, нашла она подходящий аналог, видя полное отсутствие понимания в моих глазах.
Я резко отдёрнул руку от туши животного и сделал шаг назад.
Боевая химера…
Слишком знакомое слово! Неприятное и опасное!
К некоторым боевым химерам лучше не подходить, не поджарив их предварительно из огнеметателя до черной корочки. При тяжелых ранениях мертвыми притворяются. Да так искусно, что от трупа не отличишь. А окажешься рядом — труп оживёт.
Но теперь всё сходится. Именно боевую химеру павший смертью храбрых слон, или как там его, мне и напоминал. Не альвскую, в них от животных мало что сохранилось. А вроде тех тварей, что можно встретить в Пепельных землях. Если не в Вольной марке, то дальше, за Сухой рекой.
— А ты не знал? — удивилась Дивия, либо искусно изобразила удивление. — В своё время род Сухарат активно торговал с альвами. На этом изначально и поднялся. Князья рода отдавали альвам пленников, и не только пленников. Альвы делились знаниями. Но это было давно. Ещё когда Ховран стоял, — признала она, напустив на себя невинный вид.
Врет? Да не похоже. И доказательства у меня перед глазами.
Вот ведь… пантера. Невзначай плеснула дерьма в род Сухарат, а вроде ни при чём. Само получилось! Да и вообще, это я виноват. Полез, куда не нужно, а она просто мимо проходила, и поделилась забавным историческим фактом. Чисто по доброте душевной. Ага!
Но зерно сомнений посеяно мастерски. Кто сказал, что от былых связей не осталось и следа? С другой стороны, а где гарантия, что правители Ховрана не занимались тем же?
Но что я хотел? Мир не крутится вокруг Эдана. Наша вечная война с альвами всегда была только нашей — Дхивалу, Асимруну, Тайсши, Шалгаору и всем прочим, да даже Великогартии на неё плевать!
Из-за чего всё началось, кто там прав, а кто виноват, не мне судить. Альвы скажут, что лишь защищаются, сдерживают алчность жадных хомо, и пытаются отвадить их от своих земель. Эданцы напомнят ушастым, что долгие годы поток живого товара шел из земель людей за Владычицу. Тысячи захваченных в не такие далёкие времена ликанами пленников исчезали в тенях древнего леса.
Считая хомо не более чем животными, альвы и обращались с нами так же — резали, как скот. Использовали для каких-то своих магических ритуалов. Так что, когда империя двинулась на восток, выбивая ликанов дошла до Владычицы и предпринимала попытки двинуться чуть дальше, в земли ушастых, это тоже можно назвать всего лишь защитой. Активной!
Я вновь посмотрел на слона.
А всё же интересно. Хоть Дхивалу и приходилось платить цену жизнями своих людей, они пытались, и небезуспешно, нащупать свой путь в магическом развитии. Пока не пришла Великогартия с паром, порохом и железом. И не показала, что путь техно-колдовства несколько проще. Насчёт сильней, я бы не зарекался, альвы тому доказательство. Но у альвов за плечами тысячи лет совершенствования в магии, а техно-колдовство за жалкий век так изменило мир, что никаким лесным затворникам и не снилось.
А к лучшему изменился мир, или к худшему, то совершенно другой вопрос. Возможно, философский. А я никогда не любил мудрствования оторванных от жизни философов. Они придумают, а мы разгребай!
От дальнейшего изучения древней истории меня отвлек пришедший на амулет связи запрос.
— Этот «Сахсар-1» кто меня слышать? Хоть кто слышать?
Он мог бы и не представляться. Этот непередаваемый акцент ни с чем не перепутать.
— «Феникс-1» «Сахсару», слышу тебя. Что случилось?
— Наконец-то. Я думал эта штука портится. У нас гости! Всадники, десять и десять, не больше. Передовой отряд или свита кто-то важный. Спешили к брод, когда пушки стрелять. Но затем пушки перестать стрелять, и они видеть нас. Мы им махать издалека, они решить, что мы свои. Лошади устать. Стоят на отдых.
Интересно…
Для свиты кого-то важного сопровождение слишком маленькое. Скорее всего, это передовой отряд. А за ними наверняка идут основные силы. Похоже, незваные гости решили, что атака отбита и всё в порядке. Вот и не стали гнать лошадей к реке. Либо наоборот, что-то заподозрили, здраво оценили свои скромные возможности и решили поостеречься.
Но если они не догадываются о разгроме прикрытия брода, то вскоре об этом узнают — часть беглецов уходит вдоль реки в их сторону. На своих двоих уходит — что хорошо. Давно уходит — что плохо.
Мною завладел охотничий азарт.
Лучшая оборона — наступление. Зачем ждать, пока Компания соберет силы для контратаки? Лучше бить их по частям. Марш любого мало-мальски крупного отряда, не говоря про армию, штука сложная. Сколько не пытайся держать одинаковую скорость, колонна растягивается, словно сладкая тянучка. Часть отрядов отрывается далеко вперёд, другие отстают. У кого-то что-то сломалось, кто-то натёр ногу, лошадь потеряла подкову. После иного марша потери, как после неплохого сражения.
А если во время марша ещё и враг нападёт…
Бахал звучно выругался. Посмотрел на Дивию и поспешно извинился.
— Простите, княгиня. Но у него опять на лице написано «я что-то придумал!».
— Когда тебя смущали мои задумки? — удивился я.
— Когда? — Бахал сделал вид, что раздумывает над данным вопросом, а затем возмущенно фыркнул. — Да всегда! Дай угадаю! Хочешь напасть на колонну Компании?
— Мне ли тебе рассказывать, как неприятно нарваться на врага в походной колонне, — не стал я юлить. — Этой атакой мы выиграем самое важное — время. Нам каждый лишний час на руку.
— Но ты же опять хочешь лично поучаствовать! Давай лучше я их поведу!
— Демпфер, — напомнил я ему. — А свою машину я тебе не отдам. Не переживай так, мамочка. Ты же меня знаешь. Ударю разок и бежать. Я возьму два копья. Сметём передовой дозор, пощиплем голову колонны и назад, ужинать. Позаботься о сохранности моей порции.
— В том-то и дело, что я тебя знаю, — усмехнулся он, крепко сжимая моё плечо. — Сегодня ты на север ударишь, а завтра новости о взятии Хальта придут.
— Ты боишься, что я с парой копий возьму город?
— Я боюсь, что ты его без меня разграбишь, — хохотнул он, толкнув меня назад. — Вали. Развлекайся.
— Не бойся, я обязательно выделю тебе долю в добыче, — усмехнулся я в ответ. — Но и вы тут не расслабляйтесь. Готовьте позиции.
— С тобой разве расслабишься, — вздохнул Бахал.
— Так меня и не будет, — отозвался я, махнув ему рукой на прощание и слегка поклонившись Дивии. — Княгиня, к сожалению, я вынужден вас срочно оставить.
Насчёт сожаления — небольшое преувеличение. Чем больше я узнаю эту дхивальскую пантеру, тем сильнее опасаюсь её острого, заточенного на интриги ума.
Увидев брешь в четких оборонительных порядках, Ринор Нором не медлил. Удар князя был выверен и смертоносен — черный камешек лег на перекрестье линий, сделав положение белых в углу доски практически безнадёжным.
Очень удачный ход! Покрутив ус, Ринор не без удовольствия изучал получившуюся на доске комбинацию. Если дело так и дальше пойдёт, то Сетар окончательно утратит инициативу — мысли заняты чем-то другим.
Но простые победы — это слишком просто. Неинтересно. Где азарт? Где вызов? Только вырванная с трудом победа по настоящему сладка.
— Что ты всё выслушиваешь, отвлекаясь от игры? — лениво проворчал он.
— Пушки замолчали, — отозвалась Сетар. Бросив быстрый взгляд на доску, она покрутила между пальцев гладкий белый камень, но делать ход не спешила.
— Они давно замолчали — бой у брода быстро закончился, — констатировал Ринор. — Это не повод отвлекаться от действительно важных вещей.
— Думаешь, князь всех князей не сумел прорваться? Попробовал и отступил? — уточнила Сетар.
— Нет, думаю, всё обстоит ровно наоборот — он уже на левом берегу, — улыбнулся в усы Ринор, делая приглашающий жест к доске. — Давай. Твой ход.
