"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Орлов Сергей

Я кратко изложил всё, что успел выяснить. Голос Гордея на том конце провода помолчал пару секунд, словно обдумывая сказанное мной.

— Понял, — сказал он, когда тишина уже почти стала неловкой. — Попрошу ребят на улицах пробить, кто под такие ориентировки подходит. Как только что-то узнаю — позвоню, мастер-некромант. На связи.

— До встречи, — ответил я.

Экран мигнул, вызов завершился.

Я положил телефон на стол, рядом с чашкой, и на какое-то время просто смотрел в пустую середину комнаты. В ней, как всегда, было тише, чем хотелось.

— Иди ложись, — мягко сказала Яблокова. Голос у неё был спокойный, почти бытовой, но в нём ощущалось нечто большее — забота, привычная, не показная. — Утро тоже никто не отменял. А если ты всю ночь думать будешь, утро будет не таким бодрым, как хотелось бы.

— Ваша правда, — кивнул я. Слов без нужды не добавлял.

Тело отзывалось лёгкой усталостью, голова — нет. В ней, наоборот, всё крепче укоренялась одна мысль: завтра обязательно надо позвонить Беловой. Узнать, что там нарыли жандармы на старого приказчика.

— Пойду поставлю тесто на завтра, — сообщила Яблокова. — А ты марш спать, пока снова в голову не полезло что-нибудь про работу.

Я усмехнулся.

— Не полезет. До утра все обойдутся и без меня.

— Вот и отлично. А если не обойдутся — пусть звонят по официальным каналам, — буркнула она. — У нас не круглосуточная приёмная.

Я поднялся, подошёл к двери и задержался.

— Спокойной ночи, Людмила Фёдоровна.

Она обернулась через плечо.

— И тебе.

Я вошел в свою комнату, на ходу расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки. Свет зажигать не стал. Скинул пиджак, положил на спинку кресла. Я лег простыни, не раздеваясь полностью и уставился в потолок.

И всё-таки, прежде чем закрыть глаза, подумал — а что, если картина и правда была первым домом Виноградовой? И если в жизни всё начинается не с ключей, а с того, что ты однажды разрешаешь себе мечтать.

Ночью меня разбудил возмущенный шепот Ярослава:

— Ну почему я? Давайте вы сами его позовете.

— Не умничай. Тебе не идет, — язвительно отозвался Козырев. — Буди хозяина. Как бы чего дурного не случилось. Наша женщина может этого дурака и прибить.

— Кого? — уточнил я сипло.

— Вот видишь, сам проснулся, — обрадовался Василий. — Вашество, там этот упырь пришел. Волков, кажется. Пытается камушком в окно Людмилы Федоровны попасть. Бориска не дает ему этого сделать, — голос Козырева наполнился гордостью, — Тренируется наш «младшенький».

— Камешком? В окно? — сонно переспросил я. — Зачем?

— Так обычно всякие проходимцы пытаются приличных девиц выманить из дома на разговор.

— Да не может быть, — я подошел к окну и впрямь увидел Волкова, который кидал в комнату моей соседки что-то размером с косточку от абрикоса.

— Пугануть его? — предложил Ярослав с азартом.

— Чем бы дитя не тешилось… — пробормотал я, выходя из своей комнаты.

В гостиной нашлась причина визита кадета. Людмила Федоровна смотрела на гостя сквозь занавеску.

— Вероятно, он догадался, что это вы и есть, — почему-то шепотом произнес я.

— Юрка просто пьяный, — усмехнулась Яблокова. — Уж это я могу понять, хоть и много лет прошло.

— Может мне с ним поговорить, — предложил я.

Соседка покачала головой и обратилась к бывшему культисту:

— Ярик, дорогой, проводи этого героя до машины. Там его ждет водитель. И как только его ребятки из «сынов» не поколотили? Те, которые дежурят у нашего дома каждую ночь.

— У нас перемирие, — пояснил я, глядя, как наш призрак мягко направил Волкова прочь. Тот и сам не понял, зачем ему понадобилось срочно вернуться в салон своей машины и скомандовать шоферу ехать домой.

— Это поможет лишь на время, — вздохнула Людмила Федоровна. — Юра очень настойчивый.

— Он был в вас влюблен…

— В меня много кто был влюблен. Одному это не помешало меня убить, — усмехнулась женщина и я заметил, что впервые она говорит о своей смерти без тяжести. А потом она и вовсе хихикнула. — Дожилась — поклонники спать не дают на старости лет.

— Может и впрямь ее замуж отдать, — тихо предложил Козырев, провожая взглядом хозяйку дома. — В следующий раз я пойду пугать жениха.

Я лишь покачал головой и направился к себе.

Глава 16

Утренние визиты

Мне снилось что-то странное.

Я стоял в саду. Вокруг было темно. Высоко в небе дрожало тусклое, сияние луны. Оно мягко касалось верхушек яблонь, освещая круглые плоды, тяжёлые от сока. Ветви деревьев медленно покачивались, и их шелест напоминал чей-то тихий, едва различимый зов.

Я остановился. Шепот повторился. На этот раз чуть яснее, будто приблизился. Голос был знаком. Узнаваем настолько, что внутри сжалось. Казалось, стоит ещё чуть-чуть, и я вспомню, чьим он был.

Я медленно огляделся. Нигде не было видно ни одного силуэта. Но ощущение, что кто-то рядом, не покидало. Шепот не угасал. Он звал, спокойно, но настойчиво.

Между стволами деревьев появилась женская фигура в простом белом сарафане. Она шла спокойно, не торопясь, словно всё вокруг было ей давно знакомо.

Казалось, что незнакомка меня не видит, но вдруг, как будто уловив мой взгляд, остановилась и обернулась. Лунный свет падал на её плечи и волосы, но лицо оставалось неразличимым, будто его скрывало само сновидение. Ни одного чёткого очертания, только ощущение, что я уже когда-то смотрел в эти черты. Она шевельнула губами, но слов я не услышал. Затем незнакомка жестом пригласила идти за ней.

Я шагнул вперёд. Земля под ногами была всё такой же влажной и тёплой, воздух стоял неподвижный. Сделав ещё несколько шагов, я почувствовал, как пространство вокруг начинает меняться. Сначала исчезла высокая трава, будто кто-то её срезал. Деревья расступались, становясь всё реже и ниже. Шепот листвы стих, его заменило ровное, глухое молчание.

Скоро от сада не осталось и следа. Вместо него раскинулось заросшее низкой травой поле, на середине которого стоял небольшой домик. Светлые стены, тёмная крыша, узкое крыльцо у входа. Окна были закрыты ставнями, и от этого дом казался тихим, будто он спал. Возле него не было ни дороги, ни тропинки, ни одного знака, что здесь когда-то бывали люди.

Незнакомка остановилась на пороге. На несколько мгновений замерла, ожидая, пока я подойду ближе. Затем она открыла дверь, медленно, без звука, и исчезла внутри.

Я подошёл. Дверь, на первый взгляд простая, деревянная, оказалась тяжёлой. Потянул на себя, и створка нехотя заскрипела, открывая проход в темноту. Я шагнул внутрь, не зная, чего ожидать.

Дом был пуст. Никаких окон, печи или даже скрипящего под ногами пола. Просто гладкая, серая поверхность. Воздух казался неподвижным. В центре единственной комнаты стояла та самая женщина в белом сарафане.

Я успел сделать пару шагов, и за моей спиной с глухим щелчком захлопнулась дверь. Женщина посмотрела на меня и улыбнулась. И наконец я смог рассмотреть черты лица моей матери.

Я хотел что-то сказать, но замер. Глаза женщины изменились.

Сначала еле заметно — как будто в них мелькнул другой свет. А потом чётко: зрачки вытянулись в вертикальную щель, стали узкими, словно у змеи. Золотой оттенок заполнил радужку, медленно расплавляясь, как металл в жару.

Спустя несколько мгновений в этих глазах не было уже ничего человеческого. Черты лица стали острее, и через мгновение Мара склонила голову, будто в задумчивости, и внимательно посмотрела на меня. Потом слегка приоткрыла рот, собираясь что-то сказать.

В этот момент за спиной раздался скрежет. Глухой, протяжный, будто кто-то провёл по доскам чем-то острым. Я резко обернулся.

Дверь, через которую я вошёл, вздрогнула. Доски чуть прогнулись внутрь, но не открылись. Скрежет повторился. Теперь уже громче. Звук словно шёл изнутри самого дерева, как если бы кто-то скреб по нему когтями — настойчиво, методично.

Я хотел двинуться, но не успел. Стены вокруг принялись дрожать. Потом они стали расплываться, будто краска сползала с холста. Дом исчезал. Комната растекалась, теряя очертания. Воздух стал плотнее, и всё вокруг словно втягивалось в себя, исчезая.