"Фантастика 2025-119". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хван Евгений Валентинович
— Ну так как, за знакомство? — Олег достал из нагрудного кармана небольшую стальную фляжку.
— Ну шас. Как вы это представляете? На ночь глядя распивать спиртные напитки с малознакомыми мужчинами? Я девушка воспитанная! — с усмешкой отказалась Сталкерша и непроизвольно подвинула к себе поближе лежащий рядом обрез.
— Какая-то ты явно озабоченная… — пробормотал с набитым ртом Толик.
— Ах! Как приятно в наше время встретить столь воспитанного человека, столь тонко отслеживающего все нюансы ритуала знакомств… Это ничего, что мы представились друг другу в столь странных для благовоспитанных людей обстоятельствах?… — не приминул подколоть Олег. Все засмеялись, напряженная обстановка разрядилась.
За чаем Олег рассказывал про Башню. Он сознательно не упоминал про состав и количество «гарнизона», вскользь дав понять, что они с Толиком лишь небольшая разведгруппа, а количество стволов гарнизона позволяет решать самые разнообразные задачи. Про себя он подумал, что если не считать это простой предосторожностью, это можно было бы оценить как бахвальство, подобно тому как раньше «новый русский» хвастался якобы имеющейся на Канарах виллой и яхтой в средиземноморском порту… Да, времена изменились, и наличие пулемета в хозяйстве теперь было бОльши признаком преуспеяния, нежели «Бентли» в прошлом.
Коротко рассказал что «Башня» уже выстояла против трех наездов, что «Башня» исповедует принцип кровной мести и имеет свой «Кодекс».
В ответ Ольга рассказала про свое бытье. Она не углублялась в прошлое, а начала рассказ сразу с начала развала. Олег отметил, что в рассказе ее были явные недомолвки и умолчания; в частности, она так и не сказала, откуда взялся мешок с мясом и салом в мусорном контейнере. Оно было и понятно — жизнь не располагала к излишней откровенности.
Несмотря на слабые протесты Сталкерши, намеревашейся отправить их на ночлег в соседскую квартиру, спать улеглись все в комнате с печкой, от которой исходило приятное тепло. Толик при поддержке Олега наотрез отказался «ночевать в квартире, где пришибли какую-то бабку…»
— Вдруг она ночью явится, вся в белом?? Брррр! Да я с деццтва боюсь покойников!
Хозяйка, не раздеваясь, устроилась на диване, в обнимку с обрезом под пледом; Олег с Толиком расстелили спальные мешки.
На следующий день Сталкерша действительно вывела их на ребят, занимавшихся металлообработкой. Их старший, Валерий Александрович, серьезный пожилой дядька, сразу оценил весь возможный будующий профит от изготовления оборудования для таких вот скважин. Но торговались долго. Олег напирал, что он дает им новый фронт работ, новую «рыночную нишу» — оставляет всю «техдокументацию»: самопальные чертежи на ватмане, и «весь техпроцесс»; Валерий Александрович чесал в затылке, упирал на трудности с электричеством и отсутствие грамотных токарей. В конце концов хлопнул ладонью по столу — так, что дежурившие у дверей вооруженные автоматами молодые парни бандитского вида, охрана, явно дезертиры, судорожно клацая затворами ломанулись в комнату где шли переговоры, — и сказал:
— А, ладно! Сам к станку стану, — сделаем! У нас тут хоть и частный сектор рядом, колодцы, но и самим скважина не помешает! Да в поселках вокруг города почти сплошь центральное водоснабжение… Было. Сделаем! Цену гнуть не стану, главное — чтоб получилось!
Ударили по рукам, обсудили еще возможность к весне заказать машину на газогенераторном топливе, оговорили сроки и порядок расчетов — и расстались довольные друг другом.
Попрощались со Сталкершей. Перед этим, во дворе мехмастерских, Толик, нагнав на себя проницательный вид, спросил:
— Ты, брателло, не запал ли на нее? Чо-то есть у меня ощущение, что хочется тебе пригласить ее в нашу команду, не?
— А что?… — неловко изобразив, что эта мысль только сейчас пришла ему в голову, ответил Олег, — Почему нет? Как ты на этот счет?…
— Ну че сказать… Девка, как грится, справная… Во всех смыслах. Только есть моменты…
— Какие же? — Олег был удивлен, что, как видно было, брат эту перспективу уже «прокачал» на «за» и «против».
— Во-первых, — стал в манере Олега загибать пальцы Толик, — Если уж на то пошло, то «по законам Дикого Запада», по которым мы теперь и существуем, прежде чем заводить себе новую женщину, надо бы прогнать, а лучше — пристрелить свою женщину прежнюю…
Олег уставился на брата, пытаясь понять шутит тот или серьезно.
— А что? Так уж заведено было. «Мама, мама, мне кажется, Билл скоро сделает мне предложение! — Почему ты так думаешь? — А он уже пристрелил свою прежнюю жену!» — Толик заржал над своей шуткой, но видя, что Олег и не улыбнулся, продолжил:
— Прикинь реакцию твоей бывшей. И соответствующую ат-мо-сферу! Ты можешь ей ничего и не говорить — она сама все просечет! Даже я просек, когда ты с ней вчера любезничал, а бабы такое чувствуют спинным мозгом… Собственно, другого им и не дано, да…
— И чо мне теперь, всю жизнь… Вернее, весь остаток жизни, ходить в «бывших мужьях»? Толик, вот уж реакция моей «бывшей» меня волнует меньше всего.
— Гы. Так я тебе и поверил. Тогда придется пристрелить — рано или поздно. Лучше раньше, чем по необходимости поздно. Ты крысиного яду в тарелку, что ли, дождаться хочешь?… Кстати!
— Что?
— Не думай, что я не заметил, что ты вчера чай стал пить только после того, как Сталкерша себе налила и отпила!
— Оно и понятно, — согласно буркнул Олег, — Кто она нам, и кто мы ей? А стволы есть стволы — немалая ценность! А сплю я чутко…
— Гы. Такая же фигня в голову пришла вчерась. Итого. Дальше. Во-вторых, и это главное, мне не понравился ее взгляд. Чо-то тут, брателло… Знаешь, если одинокая молодая, и «ничего себе» баба пережила этот год, — то через кое-что ей пришлось пройти… Что — она нам «освещать» не стала. Откуда у нее этот обрез? Ты поверил сказке про соседку? А конфеты? А мясо и сало? Печка? Она ведь ничего внятного на этот счет не сказала! Знаешь… Как бы нам не привести крокодила в наш курятник!
— Сейчас выживают только крокодилы. Главное, чтобы это был свой, ручной крокодил. Пудель мне самому без надобности — вон, болонка одна уже есть. C пуделями вон что бывает — шкурка на пеньке… — он вспомнил Графа и кулаки его непроизвольно сжались.
— Вон, из Элеоноры за несколько месяцев, за полгода, из болонки вполне себе крокодил получился! Ты ж и воспитал, — вспомнил Олег.
— А! Да. Есть такой момент. — Толик ухмыльнулся, — А ниче крокодильчик получился, а? Не поверишь, — третий день не вижу — уже скучаю… Брателло, веришь? — сам не ожидал!
— Это любовь, брат! — съязвил Олег.
— Гы-гы-гы! Точно! Так вот он какой, северный олень! — одобрительно заржал Толик, и тут же стал серьезным:
— А если говорить начистоту, то чувствую я в ней… В Сталкерше, то есть. Хм… Родственную душу, как ни странно. Но ничего хорошего в этом нет! Поскольку себя-то я хорошо знаю, и вот что — я бы не советовал брать меня в компанию тем, кого я за свою компанию сам не признал. Понимаешь? Напряжно я себя с ней чувствую. Не рискнул бы лишний раз без необходимсти к ней спиной поворачиваться! Через чур дерзкая и резкая. Напрягает… Да, кстати! Она не лесби случаем?
— Да ну тебя нафиг, с чего ты взял? — махнул рукой Олег, — Да и я-то откуда знаю?
— Да не, это я так… Короче, что думаешь по раскладам?
— Все что ты сказал — убедительно. Но, в то же время, болонки нам и не нужны. И… Надо бы спросить согласия остальных. Понятно, что по большому счету мы тут решаем, но определенный пиитет надо бы сохранить. Во избежание.
Но все определилось раньше и проще. Когда перед уходом пили чай и собирались прощаться, Сталкерша сама, вызвав немалое удивление обоих братьев, вдруг сказала:
— Вы знаете, Олег, если вы собираетесь предложить мне идти с вами — то я отказываюсь.
Склонив голову набок, полюбовалась на ошарашенного Олега, убрала с лица золотистый локон, и продолжила:
— Что-то мне показалось, что именно это вы мне хотите предложить.
Помолчали.
