Полукровка 3 (СИ) - Горъ Василий
— Маш, Рит, Игорь Олегович только что подписал несколько приказов — о переводе на первый факультет вашей троицы, о создании экспериментальной учебной группы для шести курсантов этого факультета, о назначении меня вашим куратором и о зачислении в штат шестого отдела всей вашей шайки-лейки, включая Костю и Настю. Но есть нюансы…
Девчата, приготовившиеся радостно заверещать, нахмурились и затаили дыхание.
— Вас будут гонять всего по нескольким предметам. Но к середине июля вы должны будете кровь из носу научиться нормально летать и «сесть» на малые разведчики «Морок».
— Как я понимаю, эта задача — из категории невыполнимых? — спросила Верещагина.
— Вам будет очень сложно… — честно предупредил я, а Марина добавила:
— … в том числе и из-за того, что вас люто возненавидит абсолютное большинство курсантов.
— Мы справимся. Без вариантов! — твердо пообещала Маша, Рита коротко кивнула, а Завадская приятно удивила, додумавшись до еще одного спорного, но интересного решения Цесаревича:
— А Синицына, небось, будут затачивать на физзащиту?
Я мысленно назвал ее редкой умницей и невольно вздохнул:
— Да: по мнению Ромодановского и его психологов, из Кости может получиться идеальный персональный телохранитель для Насти…
Глава 21
13–15 марта 2470 по ЕГК.
…Перелет до Индигирки выдался веселым. В четверг, в начале пятого вечера, Инна по своей личной инициативе прислала мне видеозапись Большой Голой Прогулки, полтора десятка статей, посвященных этому Событию Года, и толковейший анализ реакций разных страт населения Империи на наказание «дворян, потерявших берега». К слову, не забыла и поздравить. С получением очередных честно заслуженных наград. Но поздравление забылось достаточно быстро. Ибо девчата просмотрели Самое Главное Видео в центре моей каюты раз десять. Более того, в какой-то момент отпустили все тормоза и стали комментировать «стати» родичей, не выбирая выражений.
В пятницу «утром» все та же Инна порадовала еще одной подборочкой — записью обращения государя к подданным, в которой Олег Третий сообщил о заключении мира с Каганатом, Делийским Султанатом и Союзом государств Юго-Восточной Азии, текстами мирных договоров и выкладками экспертов Императорского Банка, проанализировавших абсолютно все пункты, так или иначе касающиеся контрибуций. Вот мы и впечатлились донельзя стальной хваткой Ромодановских, воплотивших в жизнь правило «Горе побежденным».
А все в ту же пятницу, но поздно вечером, нас повеселил Синицын, невесть как добившийся разрешения отправить нам сообщение из Академии и описавший реакцию курсантов на последние новости из Новомосковска.
Марину, неплохо знавшую всех парней и девчонок, которых упоминал Костя, сложило пополам. Риту, продолжавшую комплексовать из-за «жесткой эротики» в личных архивах однокашников, практически отпустило. А Маша, реально «отпустившая» эту ситуацию, просто посмеялась. И от избытка чувств чмокнула в щечку Завадскую. Так как в тот момент лежала рядом с ней.
По логике, последние часы пребывания в гипере тоже должны были пройти под знаком вселенского бардака. Но Верещагиной внезапно захотелось взять реванш у моего «Рукопашника», Завадская, тоже подсевшая на такое времяпрепровождение, составила ей компанию, а Костина «атаковала» меня — попросила уделить ей несколько минут для разговора тет-а-тет и сразу после ухода девчонок озадачила по полной программе:
— Антон Завалишин — самовлюбленная, подлая, мелочная и похотливая скотина,
так что мое замужество с ним не закончилось бы ничем хорошим. И слив «эротики» должен был меня сломать. Поэтому я приняла на себя два долга — жизни и чести. В моей личной системе координат такие долги занимают абсолютное первое место, соответственно, у тебя появился еще один второй номер. Причем ничуть не менее преданный, чем Марина. Далее, я видела запись лекции, которую ты прочитал старшекурсникам, преподавателям и руководству ИАССН, оценила перспективы твоего подхода к учебе, уверена, что самое главное надежно закрыто подписками, и понимаю, что дрессировать «экспериментальную группу» можно по-разному. Так вот, дрессируй меня, пожалуйста, по самой верхней планке имеющихся возможностей: я задалась целью подняться на ваш уровень, не изменю своего решения ни за что на свете и ни за что на свете не предам, не продам и не подставлю. Ибо все, уперлась…
С первого и до последнего слова этого монолога я смотрел в ее глаза, видел в них непоколебимую уверенность в правильности принятого решения и чувствовал, что она действительно уперлась. Поэтому сделал шаг навстречу в единственном ключе, на который был готов:
— Подарки принимать будешь?
— Твои — буду. Любые. Обещаю.
— Тогда лови учебный курс по альтернативному пилотажу. Если зальешь его в домашнюю вирткапсулу и будешь уделять этим тренировкам хотя бы два-три часа за выходные, то дорастешь до «Морока» на пару недель быстрее, чем ожидается.
— Спасибо! — благодарно выдохнула она и пообещала, что не разочарует.
Все бы ничего, но в ее взгляде появился нездоровый фанатизм, и мне пришлось принимать меры:
— Маш, в моей личной системе координат идеальный второй номер — это личность, которая превращается в андроида только в бою. Намек поняла?
— Так точно! — молодцевато гаркнула она и легонечко задурила — лукаво прищурилась, скользнула ко мне, звонко чмокнула в щеку, весело хихикнула и ускакала к подружкам.
Я выдвинулся в том же направлении. Но всю дорогу до трюма крутил в голове признание «…И слив „эротики“ должен был меня сломать…„. Вернее, союз 'и“, поставивший знак равенства между замужеством за Завалишиным и этой подлостью родни. Потом наткнулся взглядом на батальную картину „Три юные последовательницы Давида против толпы 'Рукопашников“», оценил режим, в котором девчата рубились с дроидами, уважительно хмыкнул и… волевым решением прервал это безобразие:
— Дамы, я в восторге от вашей воли к победе и пьянею от буйства ваших чувств, но не имею права позволить вам, самым порядочным, добрым, умным и отважным красоткам Империи, прибыть в Усть-Неру в синяках и ссадинах…
…Сход со струны в мертвую систему, сверхкороткий прыжок к давно знакомой «троечке», пребывание еще на одной струне, появление в Индигирке и перемещение к планете прошли штатно, но в режиме «два на два». А первый же взгляд на бардак, творившийся на средних и низких орбитах, основательно напряг и вынудил поделиться с девчатами неприятной догадкой:
— Судя по всему, Шестопалов вернулся в ИЛА, а командовать флотскими назначили какого-то адмирала мирного времени!
Завадская со мной не согласилась:
— Скорее, Шестопалова отправили командовать воюющими флотами, а сюда перевели какого-нибудь имбецила. Вот флотские и выказывают ему свое «фи», изображая расслабон. Кстати, если моя догадка верна, то НАМ «коридор» выделят в обычном режиме. Ибо уважают.
Так оно и вышло: увидев мою обычную аватарку и услышав позывной, оперативный дежурный по системе мгновенно стряхнул с себя изображаемую негу, учтиво поздоровался, скинул файл со всеми необходимыми данными и пожелал спокойного приземления. Приблизительно в том же ключе повел себя и дежурный по космодрому. Поэтому я назвал Марину живым воплощением понятия «мудрость» и уступил право первой ночи. То есть, позволил влететь в наш ангар раньше меня. Вот девчонка и разошлась — сразу после посадки заявила, что уже бежит отжимать «Волну». Но это утверждение возмутило Машу, вроде как, считавшую этот флаер своим, и девчата устроили веселую грызню.
Развлекались и весь перелет до Ореховой Рощи. А в ее летном ангаре попросили меня выяснить, кто из наших находится «дома», выслушали ответ «Все. Обедают у Даши…» и начали прихорашиваться. Вернее, Маша и Рита нацепили Георгиевские Кресты, а Марина — Станислава. Поэтому в гостевую квартиру тридцать пятого этажа «вплыли», плавясь от предвкушения, прошли в гостиную и не разочаровались: народ, вовсю уминавший десерт, мгновенно оказался на ногах, издал многоголосый вопль радости и рванул обниматься.
