Бродяга. Звёздные закоулки. Драку заказывали? - Трофимов Ерофей
Вцепившись руками в ремни ложемента, Артем переждал резкий маневр корабля и, улучив момент, пристегнулся. Бросив быстрый взгляд на монитор, парень, не удержавшись, крепко выругался и, подвинув к себе консоль управления защитой, принялся быстро вводить нужные данные.
– Кто нас атакует? – спросил он, наблюдая, как системы ПКО уничтожают несколько ракет, поднявшихся с поверхности.
– Те, кого мы обнаружили. Я таких ракетных систем не видел. Это явно не изделия Содружества.
– Только не говори, что они стоят тут со времен Ушедших. Не поверю. За столько лет они должны были попросту развалиться от старости.
– Ошибаешься. При нормальном обслуживании системы ПВО способны служить и больше.
– Хочешь сказать, что кто-то проводил регулярное обслуживание этой техники многие годы подряд и никто этого не заметил? Так не бывает.
– Бывает, если процесс полностью автоматизирован, а у искинов есть энергия.
– Никакой реактор не будет работать тысячи лет, – не сдавался Артем, отдышавшись после очередного маневра «Бродяги». – Все имеет свой лимит прочности. И объясни мне, что ты вытворяешь?! – возмущенно завопил парень, когда корабль снова швырнуло в сторону.
– Провожу противоракетный маневр. Хочу заставить их растратить боезапас, после чего мы сможем спокойно спуститься на поверхность.
– А ты не думал, что его может быть очень много для тебя одного?
– Не может. Оглядись вокруг и посчитай, сколько они выпустили до нас. То, что происходит сейчас, это агония.
– Вот ты умный?! А если после окончания боезапаса они запустят систему самоуничтожения? От планеты одно воспоминание останется.
– Этого не будет. Раз уж они допустили жизнь на поверхности, то система самоуничтожения будет не настолько мощной. Системы ПВО могут быть уничтожены, но не планета. Это противоречит базовому действию любого неживого.
– Дока. Эти неживые создавались за тысячи лет до нашего появления. И что запихали им в мозги их создатели, мы даже в кошмарном сне не представим. Может, у них всех давно уже кукушки сдохли.
– Не знаю, что у них сдохло, но базовые правила поведения неживых действуют с тех самых пор и по сей день. На их основе создавали и меня.
– А как же боевые действия?
– Тут все просто. Существует несколько базовых градаций живых. Дружественные. Условно дружественные. Нейтральные. И враждебные. Отсюда и формируются алгоритмы действия. И если на планете есть условно дружественные, то их гибель недопустима.
– Для тебя – возможно. А про их алгоритмы мы можем только догадываться, – уперся Артем.
– Сейчас не время спорить. Помолчи пока. Вот закончу, тогда поговорим, – отмахнулся от него Дока, закладывая очередной вираж.
Системы ПКО на обшивке лупили короткими, точными очередями, выбивая все, что поднималось с поверхности. При этом искин виртуозно использовал болтавшиеся вокруг планеты остовы кораблей, укрываясь за ними и заставляя системы наведения ракет терять цель. Артем, отслеживая все его действия, только головой от удивления качал. Дока и вправду был мастером своего дела.
Спустя десять минут после сигнала атаки количество выпущенных ракет резко пошло на убыль. Воспользовавшись этим, Дока опустил «Бродягу» на границу стратосферы и принялся обрабатывать все отмеченные точки старта узким лучом ЭМ-сигнала. Еще через три часа все замеченные им сигналы энергетической активности угасли. Подняв корабль на высокую орбиту, искин стабилизировал его рядом с местным спутником и, включив пассивный режим сканирования пространства, объявил:
– Все. Можно спускаться.
– Ты их отключил ЭМ-импульсом? – вздохнув, уточнил Артем.
– Странный вопрос. Ты же отслеживал все мои действия.
– И кому мы будем теперь вопросы задавать? Ты же все местные искины сжег.
– Отключил. Я выдал импульс, который не сожжет, а только временно отключит все управляющие системы. И пока их процессоры не будут перезагружены, они не смогут действовать.
– А что, этим сигналом и так управлять можно? – удивился парень.
– Если суметь точно рассчитать силу сигнала. Я сумел. Именно поэтому нам пришлось так долго изображать из себя мишень. Мне нужно было обработать данные сканеров и рассчитать силу импульса, а на это нужно было время.
– А еще кто-то может повторить такое, или это только ты такой умный? – ехидно поинтересовался Артем.
– Этот прием используют особые отряды СБ, когда им требуется захватить кого-то живьем на укрепленной базе. Нужно признать, весьма действенный способ.
– А как долго искины будут перезагружаться?
– Все зависит от самого искина, но сделать это можно только вручную. Тут им потребуется помощь живого, – рассмеялся Дока.
– Ах ты змей! – сообразив, восхитился Артем. – Ты специально сбил им все настройки, чтобы заставить просить у меня помощи.
– Именно. И как поступить в этом случае, решать только тебе, – со смехом подтвердил Дока.
Тяжелый десантный бот заложил пологий вираж и, выпустив посадочные опоры, плавно опустился на поверхность скалы. Не громко загудели приводы, и аппарель, открывшись, выпустила из бота пять штурмовых дроидов. Моментально разбежавшись в стороны, стальные солдаты взяли под полный контроль всю округу, сканируя местность и перебрасывая данные на орбиту, где завис корабль класса тяжелый крейсер.
Спустя несколько минут после выхода дроидов из бота вышел молодой человек чуть выше среднего роста, в пустотном штурмовом скафе, но без шлема и, оглядевшись, мрачно произнес, словно говоря с самим собой:
– Дока, ну и на хрена ты заставил меня в эту тяжесть обрядиться. Дураком себя чувствую. Тут же нет никого.
– Живых нет. А вот в переходах бункера вполне можно встретить и неживого, который не попал под мой удар. Так что не ворчи и держись позади дроидов, – послышалось в ответ.
– Держусь. Веди давай. А то стою тут, как идиот в скафандре. А солнце, между прочим, жарит солидно.
– Надень шлем и включи климат-контроль, – посоветовал искин.
Дроиды, подчиняясь его приказу, не спеша двинулись в сторону пологого спуска. Из бота появились четыре охранных дроида и сменили штурмовиков. Артем, подчиняясь команде искина, не спеша последовал за штурмовиками. Спустившись на пару десятков метров по склону, дроиды сканерами обследовали скалу и, найдя замаскированный вход, взяли его на прицел. Из бота выкатился небольшой дроид, очень похожий на бытовика, и, шустро перебирая манипуляторами, добежал до обнаруженных ворот.
Глядя на этого железного паучка, Артем только улыбнулся. Внешняя безобидность дроида была обманчивой. За время пути искин «Бродяги», пользуясь своей огромной базой данных, сам собрал и оснастил его, превратив обычного бытового дроида в дроида диверсанта. Главная его функция – взлом закрытых помещений. Из оружия – плазменный резак, небольшой лучемет и игольник из серии офицерских. Но главное его оружие – мощнейший процессор, оснащенный огромным количеством программ-взломщиков.
Добежав до ворот, дроид вскарабкался на внешнюю обшивку, неотличимую от настоящего камня, и, вытянув тонкий щуп, принялся тыкать им во все доступные отверстия. Спустя четверть часа дроид издал победный писк и, вытянув щуп, запустил в найденную расселину манипулятор со шлейфом коннектора. Глядя на его работу, Артем вздохнул и, оглядевшись, отошел под скалу, где приметил удобный валун. Усевшись на него и подставив лицо полуденному солнышку, парень с наслаждением вздохнул и, прикрыв глаза, негромко спросил:
– Дока, ты так и не ответил, откуда у тебя бот взялся. На кладбище мы его не собирали. Колись, железный дровосек. Где спер транспорт?
– Не спер, а честно отжал в качестве части оплаты за ремонт корабля, – в голосе искина звучала усмешка.
– Теперь понятно, зачем ты меня в капсулу отправил. Якобы учиться, а на самом деле с пострадавших последние штаны снял.
– Ну, до последнего там еще очень далеко. Да они особенно и не возражали.
– Ага, после того, как ты им почти все оборудование спалил.
