"Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сапожников Борис Владимирович
Рядом с грузовиками находился однотипный пикап Форд, также вооруженный ручным пулеметом на вертлюге. На нем стоял крепкий плечистый парень, одетый в маскировочный комбинезон прямо на голое тело. Михаил сразу узнал его — Алексей Рогатых из Орши. Он возглавлял группу патрульных, приехавших оттуда на помощь Потапову. Леха отслужил срочную в белорусском спецназе, потом остался там по контракту. По словам лейтенанта человек он был грамотный, но с боевыми реалиями пока не знакомый. Ну, это уж дело нынче наживное.
Алексей помахал рукой, здесь их два конвоя объединялись. Михаил вышел из машины, наскоро поздоровался с Вадимом и Алексеем. Они уточнили маршрут движения, обменялись новостями, потом попрощались с «мародерщиками», те поворачивали обратно на базу. В ближайшие дни им надо было заняться погрузкой железнодорожных контейнеров. Работы здесь было еще непочатый край! Заполнив продовольственные и вещевые склады в Капле, «мародерщики» должны были заняться производственными объектами. Многие подразделения и предприятия анклавов уже оставили заказы на определенную технику и оборудование. Они шли, как и от жителей Капли, так и Орши. Смоленск все-таки город большой, здесь много чего можно было найти.
Да и научники требовали для работы и учебы технику и материалы. Но это уже потом, после схватки с коварным врагом. Даже в этот выезд пришлось половину сил бросить на вывоз материалов необходимых для строительства Полигона. И следующий эшелон из Беларуси будет полностью нагружен стройматериалами и техникой для строительства оборонного рубежа.
Сидящий за рулем Никита время от времени бросал взгляды на помрачневшее лицо атамана, но помалкивал. Михаилу нравилось ездить с этим молчаливым пареньком, приехавшим в Каплю с Гатчины. Он коротко ему улыбнулся, мол, все в порядке, и достал из ранца ноутбук. Американская тяжелая машина шла гладко, можно было спокойно поработать. Пора готовиться к большому совещанию, которое состоится в начале июля в Орше. Как раз и Тозик, и Стеценко вернутся из командировок, и еще обещали подъехать гости с Украины. Пока контакты с ними ограничивались переговорами по радио, но южные соседи были в курсе всего происходящего, и даже пообещали помощь в войне с Орденом. Москва и у них ассоциировалась с опасностью, а Смоленских и белорусов они считали всегда добрыми соседями. А соседям надо помогать, так завсегда было принято у хороших хозяев.
Накатанной дорогой караван спешил к поселку. Оторвавшись вперед на полкилометра, двигался передовой дозор патруля из приданных разведчикам Оршанцев. Затем двигались три грузовика и Фольксваген-транспортер с грузчиками, замыкал колонну джип с пулеметом, привычная для таких выездов картина. Вскоре они повернули с трассы на север и через полчаса подъезжали к Фишке.
— Медведь, я белка один. Прием — неожиданно раздался позывной передовой машины.
— Белка один, это медведь. Прием — живо откликнулся Михаил.
— В районе фишки наблюдаю много машин. Прием.
— Понял, ждите меня — Атаман посерьезнел и переключил частоту — Фишка один, это папа медведь, что у вас там происходит? Прием.
Через некоторое время в эфире раздался радостный голос Сергея Носика.
— Папа-медведь, это «Финист», у нас хорошие новости. Семен из Пянды вернулся, с ним толпа архангельских. Как понял? Прием.
— Понял отлично, время подхода пять минут. Ждите, отбой.
Михаил перешел на общий канал и сообщил каравану радостную новость, водители, не сговариваясь, поддали газу, всем не терпелось увидеть новых людей, приехавших с далекого севера. Через несколько минут показались выросшие над зданием опорного пункта ажурные антенны, с длинной радиоантенной поверх, и побрякушками элементов сотовой связи. Вот уже отлично виден сам перекресток и обширный пятачок перед Фишкой. После майского боя, кустарник вокруг перекрестка был безжалостно срублен, а канавы заминированы.
У самого здания Фишки стояли машины, толпились люди. На крыше пристройки дежурил один из часовых с биноклем, не забывая про несение службы. Михаил опытным взглядом сразу узнал пикап со стоящими в кузове мотоциклами, на котором в дальнюю поездку отправился Семен Иволгин, рядом с ним примостился здоровенный Форд с внедорожными колесами. Стоявшие чуть подальше два длинных автобуса удивили своей странной расцветкой. Из-под слоя относительно свежей зеленой краски, местами прорезалась яркая желтая. Михаил не сразу догадался, что это обычные школьные автобусы, просто по-скорому перекрашенные. И правда, их канареечная расцветка бросалась бы в глаза издалека, что в наше время нежелательно. Чуть подальше припаркованы два Уазовских пикапа с бочками в кузовах, и грузовик-фургон Садко с пятиместной кабиной. Серьезная такая получалась у северян колонна.
Фура остановилась перед поворотом, Михаил подхватил из крепления Калашников, выпрыгнул из кузова, застегнул разгрузку и поправил на голове камуфляжной расцветки панаму. Штаны карго, высокие американские полевые ботинки, опять же камуфляжной расцветки футболка, навороченная ременно-плечевая система, Калаш 105 серии с коллиматорным прицелом и банкой от РПК вместо штатного магазина. На носу классические Райбаны капелькой, популярные в 80-е годы, чуть заросшее легкой щетиной загорелое лицо. От постоянных физических нагрузок мышцы мужчины заметно окрепли. Тело вообще здорово помолодело, то ли от более здорового образа жизни, то ли от воздействия неведомого излучения. Как бы то оно ни было, но Атаман со стороны производил впечатление, гомон на площадке перед Фишкой затих, присутствующие там люди дружно повернулись к Михаилу, по рядам прошел шепоток. Он огляделся и двинул вперед, навстречу ему уже шагал Семен. Они по-братски обнялись.
— Атаман, принимай гостей! — Семен повернулся к приезжим и развел руками — Наши, северные люди, дед не обманул, всех кого мог, собрал.
— Дык, не в наших правилах братьев и сестер в беде оставлять — Михаил изумленно повернулся на знакомый голос и увидел рядом с собой Ивана Николаевича Потапова.
— Дед! — только и смог он проговорить и упал в объятия крепкого еще телом старика. Вот ведь как! И виделись то в жизни только три дня, а как родные повстречались. Старика, видать, тоже проняло, аж слезу смахнул со щеки.
— Ну вот, Петрович, и свиделись! А ты думал, со старухами век доживать буду? Вот собрал живых, кто хотел и мог, и сюда приехал новую жизнь начинать. Мне тут Семен уже порассказывал, как вы тут развернулись. Молодец, Атаман! Ох лихо же ты начал, рождает еще наша северная земля богатырей.
— Да ну, Иван Николаевич — смутился немного Михаил — скажете тоже!
— То и скажу — строго ответил старик — Дай-ка, на тебя погляжу. Настоящий, боевой атаман! Заматерел то как, Семен бы не показал, и не узнал тебя. Ох, только седина в волос пошла. Вот ведь жизнь, она какая, мажет нас нещадно белым цветом то.
— Что поделать, дед. Жаль, Женю не скоро увидите.
— А что так? — встревожился старик.
— Сегодня утром уехал с командой на север, в Новгород, на счет помощи договариваться.
— Вот как? И там люди, значит, выжили. Нам тут Семен ситуацию в общих чертах обрисовал, не просто оказывается жизнь то после Беды складывается.
— Есть такое, Иван Николаевич. Давайте я с людьми поговорю, и в поселок поедем. А вас лично к невестке отвезу.
Видимо лицо у деда в этот момент стало таким забавно удивленным, что атаман, а позже и Семен совершенно не по-серьезному расхохотались. Люди в толпе тоже заулыбались, похоже, встречали их тут как дальних, но родственников.
Михаил вошел в здание Фишки и поднялся на второй этаж. Некогда уютное гнездышко двух влюбленных людей теперь превратилось в обычную караулку, в одной из стен прорубили дверь, выходящую прямо на пристройку. Атамана вышел туда, снял солнцезащитные очки и встал перед приехавшими с его ставшей далекой родины людьми. С правой стороны площадки, чуть впереди остальных, стояла сплоченная группа крепких на вид мужчин, одетых в камуфляж, с армейским оружием, и державшими его так уверенно и привычно, как не умеют обычные гражданские люди. За ними сразу толпились мужчины и женщины обычного деревенского вида, в основном среднего возраста и пожилые. Слева же наоборот, судя по всему, находились городские. Много броско одетой молодежи, сутуловатых мужчин и намазанных косметикой женщин. Обычный урбан-пипл среднего пошиба, некоторые даже до сих пор и не оделись правильно, сообразно нынешней ситуации. Да и вооруженных особей среди них наблюдалось что-то маловато. А посередине площадки степенно стояли серьезные на вид крепкие мужички, хорошо и грамотно одетые женщины, тут же суетились разных возрастов дети. Типаж лиц определяли их как коренных северян, в чем-то неуловимо они были похожи на деда Потапова. Значит с его краев народ. Пауза затянулась, возникший было легкий шумок, потихоньку смолк, и на площадке воцарилась тишина. Стрельников с усмешкой называл этот метод привлечения внимания «Сталинская пауза».
