"Фантастика 2026-62". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Сапожников Борис Владимирович
- И? - поторопил я приятеля, вгрызаясь зубами в уже второго по счету рака. - М-м, вкуснотища-то какая! Давай рассказывай!
- Так вот, - Толик тоже проглотил закуску и перешел к самому интересному: - Юлька ждала меня, макароны разогрела, коробку конфет достала, которую на Новый год берегла... А тут чайник на кухне как раз закипел, она "индюшки" заварить хотела. Сходила она, в общем, на кухню, потрепалась там с подружками, чайник взяла и почапала обратно в комнату. Приходит, а там... Ба-бах!
- Что такое? - замер я с открытым ртом.
- Да потолок обвалился, как раз на то место, где она сидела, - с побледневшим от ужаса лицом рассказывал Толик. Он даже отложил в сторону рака, которого намеревался почистить - настолько сильное впечатление на него произвели воспоминания о недавнем инциденте. - Вот так вот! Не пойди она за чайником, или окажись я в тот момент рядом - все, были бы сейчас совсем другие хлопоты... Я сначала злился на тебя, что из-за штанов на встречу к ней опоздал на целый час. Думал, приду, а она ругаться будет. А она на первом этаже там сидит и плачет...
- Не самый лучший момент, чтобы предложение делать, - протянул я.
- Да я и подумывал уже перенести на "после Нового Года", - рассмеялся Толик, - раз такие дела. А там надо было вещи ее к другой девчонке в соседнюю комнату перетаскивать. Временно Юльку переселили, пока ремонт в ее комнате будет идти. Я нагнулся, чтобы ее сумку взять, а из кармана у меня кольцо и выпало... В общем, пришлось расколоться... Ну да она долго не ломалась, - Толик шутливо приосанился, - как можно упускать такого красавца? Сразу и согласилась. Так что в январе я на три дня отгул возьму - к будущей теще знакомиться поеду в Горький. А ты, Эдик, кажется, и впрямь будущее предсказывать можешь... Может, знаешь тогда уже, сколько у нас с Юлькой сыновей будет?
- Не знаю, - рассмеялся я, - это только от вас зависит. По меньшей мере, ощущения, что тебе не надо на ней жениться, у меня нет.
- Тогда давай, - Толик наполнил кружки, - за мою счастливую семейную жизнь! Еще по кружке - и в люлю, завтра рано на завод!
Глава 15. Ограбление
Спал я в ту ночь опять беспокойно - постоянно ворочался и просыпался. Наверное, это вечерние возлияния давали о себе знать. Сначала мне снился Толик в белой фате, кружащийся в танце со стулом прямо в комнате. А я упорно говорил ему, что жениться в двадцать лет - это глупость и потрясал перед ним штанами с дыркой от утюга. Потом Толик внезапно он исчез, и появилась комендантша нашего общежития, строгая Арлена Егоровна, имя которое означало "Армия Ленина". В этом сне Арлена Егоровна потрясала перед нами обоими пустой пивной кружкой, требуя налить и ей "Жигулевского".
А уже под утро мне приснился другой, совсем не смешной сон... Я лежал на жесткой и очень неудобной двухэтажной кровати в большом бараке, в котором, кроме меня, ночевали по меньшей мере пятьдесят людей. Вокруг было темно, хоть глаз выколи. И очень душно. И я был не я...
- Эдик, - кто-то осторожно тряс меня за плечо.
- М-м-м? - пробормотал я, не желая открывать глаза.
Я не хотел возвращаться в реальность. Только во сне я снова мог быть самим собой: веселым, красивым, спортивным и обаятельным парнем, который не представляет своей жизни без красивых и точных ударов по мячу. Скорее бы проходили эти нудные, серые, бесконечно тянущиеся дни... Скорее бы пережить эти страшные двенадцать лет. Когда я выйду на свободу, мне будет уже за тридцать... В футболе это - очень большой возраст. Это только легендарный Никита Палыч в свои годы может показывать класс. А много ли таких, как он?
Еще не скоро я обниму свою красавицу жену. Без меня будет расти маленькая дочь... А все из-за того злополучного вечера. Ну почему я тогда не послушал товарища и не остался в Москве? Зачем поехал на эту дачу к Караханову? Я и знать-то его не знал. И я, хоть убей, вообще не понимаю, как в тот вечер со мной на кровати оказалась эта Марина... Не трогал я ее. Мише Огонькову с Борей Татушиным повезло - они дома. А я здесь. И еще очень-очень долго буду здесь...
- Следующей ночью не вздумай спать, - сказал тот же голос. - И вот, надень!
На мое лицо упало что-то тяжелое. Я машинально взял в руки то, что дал мне обладатель голоса, и ощупал. Это был ватник. Обычный ватник, в каких ходили мы все. Обычный, да не совсем. Какой-то слишком плотный и тяжелый.
Я ощупал повнимательнее подарок от неизвестного и понял, в чем дело. В ватник практически везде, кроме рукавов, были зашиты куски резины.
- Надень, надень, Эдик! - тихонько сказал голос. - И ни в коем случае не спи следующей ночью!
Едва я надел предложенный мне ватник, как на меня навалилась давящая темнота.
***
На следующий день, после отмечания помолвки моего закадычного приятеля Толика с милой улыбчивой студенткой медицинского института Юлей мы, как обычно, тряслись в переполненном трамвае, чтобы успеть на завод "Фрезер" к началу смены. Несмотря на то, что выпили мы с ним всего кружки по две-три пива, не больше, чувствовал я себя паршивенько, да и спать жутко хотелось. Обрадованные примирением после внезапно возникшей ссоры, мы с приятелем проболтали часов до трех ночи. Потом Толик укрылся с головой одеялом и уснул сном невинного младенца, а у меня не вышло: постоянно снилась какая-то ерунда.
В Москву уже пришла настоящая зима: холодная, снежная. Мне пришлось отдать солидную часть зарплаты ученика слесаря, чтобы приобрести себе на зиму целый комплект одежды: хорошее пальто, шапку, несколько пар теплых брюк и ботинки. Мой названный близнец Эдик не оставил мне ничего, кроме нескольких летних вещей. Что ж, если я когда-нибудь вернусь домой, весь зимний комплект останется настоящему Эдику. А пока я, расстегнув пальто и развязав шарф, чтобы не вспотеть, ехал вместе с товарищем на завод в окружении таких же работяг и совершенно не знал, сколько мне еще ходить в учениках слесаря.
Новоиспеченный жених прямо светился счастьем, сияя, как начищенный медный самовар. Ничто не могло омрачить его великолепного настроения. Он уже вовсю планировал застолье и семейную жизнь.
- Свадьбу летом сыграем, - делился он со мной своими планами. - Как раз все приготовить успеем.
- Так ресторан заранее надо бронировать, - уже в который раз, не подумав, ляпнул я и тут же обругал себя. Ну какая свадьба в ресторане у ученика слесаря и студентки медицинского института?
Толик поглядел на меня и расхохотался.
- А у тебя, старик, губа не дура, - весело сказал он, кидая монетки в аппарат. - Держи, вот твой билет. А это мой. Может, серебряную свадьбу и в ресторане отпразднуем. Кто его знает, что будет потом, в семидесятых? Может, и до начальника цеха к тому времени поднимусь. А пока в деревне отпразднуем моей.
- А расписываться где будете?
- В нашем сельсовете, - пожал плечами Толик. - Так все делают.
- Не рановато ли ты застолье готовить начал, старик? - усомнился я. - А если родители ее будут против?
- Против? - ухмыльнулся приятель. - Да ты что?
- Ну она все-таки городская девочка, из Горького, а ты... а ты, в общем, как я.
- Ну ты даешь, Эдик! - ухмыльнулся Толик. - Я разве не рассказывал? Отец Юльки на войне погиб, а мать почти всю жизнь в деревне под Горьким прожила. Нижним Новгородом он раньше назывался. Только пару лет назад как в город перебралась. Так что зря ты беспокоишься, не будет никто на меня свысока смотреть.
- Ну а свадьбу-то зачем в деревне делать? - удивился я.
- А как же? Традиции надо уважать, - как об уже давно решенном деле, сказал Толик. -Ты не знаешь разве, как это бывает? Нарушишь традиции - с тобой до конца жизни никто здороваться не будет. Это же свадьба - такое событие! Столы поставим прямо под открытым небом... Игры, песни, веселье, косу невесте расплетают, встречают с хлебом-солью, руки соединяют, каравай надо надкусить... Ты знаешь, кстати, что хлеб, надкушенный молодыми, потом корове скармливать надо?
