Полукровка 3 (СИ) - Горъ Василий
Орлов, изучавший какой-то документ, поздоровался, жестом предложил усаживаться в кресла и попросил подождать буквально пару минут. Закончил через полторы, закрыл незнакомый интерфейс, поймал мой взгляд и заявил, что весь внимание. Вот я и начал. С коротенького вступления:
— Вряд ли я ошибусь, заявив, что основная проблема любой спецслужбы — это кадры…
— Не ошибетесь… — прокомментировал этот тезис Геннадий Леонидович и повел рукой, предлагая продолжать.
— В моем ближайшем окружении — несколько достойнейших личностей, на которых стоило бы наложить лапу…
— Как я понимаю, вы имеете в виду Маргариту Викторовну Верещагину и Марию Александровну Костину? — спросил он.
— И их, и Матвея Леонидовича Власьева, подписавшего контракт с ВКС и дожидающегося оказии, чтобы перебраться на Индигирку и приступить к учебе в ИЛА.
— Об этом мне еще не докладывали… — пробормотал генерал, задумчиво потер переносицу и… решил открыть карты: — В мирное время я бы сделал вид, что не в курсе проблем вашего ближайшего окружения и, тем самым, дал бы вам возможность убедить меня в целесообразности обратить внимание на этих ребят. Но со свободным временем у меня, мягко выражаясь, неважно, так что перейду к уже имеющимся предложениям. Начну с Власьева и Базанина: если они согласятся на перевод в ИАССН, то мы надавим на командование ВКС, переоформим контракты этих ребят на себя и зачислим их на первый курс первого факультета. Ну, а девушкам готовы предложить на выбор сразу три факультета — третий, шестой и седьмой…
— «Силовики», «технари» и «чистые медики»? — удивленно переспросил я и затаил дыхание.
Орлов пожал плечами:
— Насколько я знаю, девчата они очень и очень боевые. А значит, могут выучиться на штатных медиков ОГСН даже с текущим уровнем профильных знаний. Шестой факультет — это не только технари, но и боевая фармацевтика. Ну, а с чистыми медиками все понятно и так — в ведомстве хватает закрытых госпиталей, служить в которых могут только проверенные личности. В общем, теперь дело за вами.
Я поймал за хвост весьма своевременную мысль, быстренько обдумал и сразу же озвучил:
— Геннадий Леонидович, мы этот вопрос, естественно, не обсуждали ни с ребятами, ни с девчатами, но почти уверены, что как минимум последние примут ваше предложение с превеликой радостью. Следовательно, их надо будет безопасно доставить на Индигирку и…
— … хотите отвезти их сами? — понимающе ухмыльнулся он.
— Да. Кроме того, хотим выкупить еще три квартиры в жилом комплексе «Ореховая роща» и сделать там нормальный ремонт: родичи «беглецов» и «беглянок» однозначно не успокоятся, а у нас с Мариной Вадимовной хватает средств, чтобы позаботиться о друзьях и подругах.
Тут Орлов лукаво прищурился и поддел обоих:
— «Хотим…» и «у нас с Мариной Вадимовной…»?
— Мы спелись. Окончательно и бесповоротно… — спокойно сообщил я, а Кара добавила этому утверждению объема «правильной» шуткой:
— Мы действительно стали идеально сыгранной боевой двойкой. Увы, со стороны этого не видно. Приходится намекать. Горячо любимому и, что самое главное, понимающему Большому Начальству…
Генерал жизнерадостно рассмеялся, «обозвал» ее лисой и посерьезнел:
— Вопрос с квартирами, считайте, решен. А нюансы доставки обговорим после того, как станет понятно, какое количество народу надо будет отвозить на Индигирку. Так что перейду к вопросу, который мы еще не обсуждали: мы бы хотели наложить лапу еще на двух девушек из вашей компании — на Ольгу Валентиновну Миронову и Анастасию Федоровну Ахматову. Но есть нюанс: если первой готовы предложить на выбор те же три факультета, то последняя нужна на четвертом. Ибо аналитик от бога…
…Домой прилетели в начале третьего, спустились к Марине, прошли в гостиную и обнаружили, что стол уже накрыт, а первое стоит на своих местах и исходит аппетитным парком. Я, естественно, удивился, потом врубился в то, что нас «сдала» Завадская, поблагодарил исполняющих обязанности хозяек за заботу и отправился мыть руки.
Вернувшись обратно, поухаживал за толпой дам, сел сам, отдал должное кулинарным талантам неведомого повара и ненадолго выпал из реальности. «Не вспоминал» о деле и все время, пока уничтожал второе. Ибо понимал, что предложения Орлова заставят девчат забыть о еде. Поэтому изложил первую половину — персональную — только после того, как мы насладились десертом и сыто отвалились от стола.
«Хозяюшки» потеряли дар речи еще в середине монолога. Потом в темпе вытрясли из меня всю информацию о третьем, шестом и седьмом факультетах, не закрытую подписками о неразглашении, и переглянулись.
— Я перевожусь на третий… — первой протараторила Костина, поймала мой вопросительный взгляд и криво усмехнулась: — В покое меня не оставят. Ни в ближайшие месяцы, ни через год-другой. А хороший «силовик», если я правильно поняла — это боец ОГСН. То есть, член команды, которая за него порвет кого угодно.
— Учеба на этом факультете — не сахар… — предупредила Марина.
— Работа в госпитале — тоже… — парировала Маша и мрачно вздохнула: — Теперь, когда я представляю реальные последствия войны, от моего прежнего пацифизма остались одни воспоминания. А ненависть к ублюдочным тварям, чьи политические игрища убили или превратили в калек десятки миллионов человек, трансформировалась в жажду мести. В общем, другие варианты мне в принципе неинтересны.
— Пацифизмом я никогда не страдала, а с остальным согласна… — заявила Рита еще до того, как я посмотрел на нее. — В общем, мне тоже надо на третий.
— Красотки, чё! — весело хохотнула Кара и замолчала. А я поделился второй частью предложений Большого Начальства.
Этот монолог заставил девчат задуматься. Впрочем, ненадолго:
— Оля наверняка согласится. Но ее придется как-то вытаскивать из их поместья…
— … а Настена может и отказаться…
— Впрочем, не проверим — не узнаем. Я звоню Мироновой…
— … я — Ахматовой. А ты, Тор, набирай Матвея: сегодня суббота, а значит, он бездельничает в какой-нибудь казарме…
Матвей действительно расслаблялся. Как вскоре выяснилось, в казарме одного из факультетов НВАС. Моему звонку обрадовался до невозможности и гордо доложил о своих успехах. А после того, как выслушал предложение начальника ССО, озадаченно хмыкнул, подумал, эдак, секунд пятнадцать-двадцать и дал вполне осознанный ответ:
— Пожалуй, соглашусь: да, вы летаете не на истребителях моей мечты, но ваша служба и интереснее, и нужнее. Мои действия?
— Жди вызова в штаб Академии… — ответил я, сообщил, что с девчатами все в порядке, и пообещал набрать ближе к вечеру.
Закончив с ним, наведался в кабинет, наговорил и отправил сообщение Мише Базанину, вернулся обратно и вопросительно уставился на Верещагину, за время моего отсутствия успевшую засиять, как маленькое солнышко.
— Ольга в игре. И бьет копытом. То есть, готова сбежать из поместья в любой момент!
— А Настена думает… — сообщила Костина.
И успокоила: — Но для нее это более чем нормально. Так что ждем ровно полчаса. Ибо она — как ты наверняка уже заметил — еще и болезненно пунктуальна…
…Фокусировать недовольство Ахматовых и Мироновых на нас с Карой Геннадий Леонидович не собирался. Поэтому отправил в поместья этих родов «специально обученных людей» из юротдела ССО. А те добились разрешения пообщаться с девчонками тет-а-тет, дали им ознакомиться с контрактами, получили подписи, уведомили родственников Настены и Оли о призыве этой парочки на военную службу, выделили новоявленным сотрудницам Службы Специальных Операций полтора часа на сборы и, в конечном итоге, увезли в Управление. Принимать присягу и все такое.
Матвея забрали в схожей «технике». Так что мы с Мариной провинились только перед Верещагиными и Костиными. Ибо ровно в девять вечера усадили их кровиночек в свои «Волны» и доставили к Геннадию Леонидовичу.
