Бродяга. Звёздные закоулки. Драку заказывали? - Трофимов Ерофей
– Получается, это идеальные убийцы? Ведь поймать их просто невозможно. Ты сам сказал, что они способны меняться на генетическом уровне.
– Ты правильно понял.
– И что предлагаешь делать?
– Нужно поговорить с ним и выяснить, как он оказался в рабстве и чем думает заниматься дальше.
– Судя по твоей реакции, ты собираешься отправиться в их сектор обитания, – удивлённо хмыкнул парень. – Только зачем нам это? Если всё обстоит так, как ты рассказал, а не верить тебе у меня оснований нет, то получается, что лерийцы живут закрыто и появление стороннего разумного могут воспринять неправильно.
– Тёма, оказав ему услугу, мы сможем найти ещё одну базу. В наших условиях это может быть важно.
– Дока, а оно нам надо? – с сомнением протянул Артём. – Базы у нас есть. А лететь к чёрту на рога, только чтобы отвезти одного лерийца домой, я считаю бессмысленным расходованием топлива.
– Они могут быть нам полезны, – помолчав, тихо ответил искин. – Как ни крути, а это одна из первых рас, а значит, они могут знать, как восстановить работу твоей нейросети.
– Блин, Дока, ты мог с этого и начать? – возмутился парень.
– Я думал, ты догадаешься, – пожал плечами искин.
– Каким местом я должен догадаться, если я про эту расу впервые слышу? – снова завёлся Артём.
– Всё, я понял, – осадил его Дока. – Я снова поторопился.
– Ты? – иронично усмехнулся парень. – Железяка ты ржавая, ты кого дурить вздумал? Поторопился он. Ага, как же. Два раза. Рассказывай, что задумал?
– Лерийцы и вправду одна из первых рас в обитаемых мирах, и возможность покопаться в их местной сети для нас может быть весьма полезной. А про нейросеть ушедших я тоже не шутил. Положительное развитие этой ветви событий варьирует от сорока до шестидесяти процентов.
– А вот моя чуйка верещит, что ни хрена у нас не получится, – вздохнул Артём. – Может, давай прямо с этим лерийцем поговорим?
– Имей в виду, о нём никому не известно. Даже рабам, с которыми он жил всё это время, – предостерёг его искин.
– Ну, кричать об этом я не собираюсь. Прикажи дроидам привести его в медсекцию. Якобы для профилактического сканирования. Там и поговорим.
– Выполняю, – кивнул Дока.
Поднявшись, Артём отправился в медотсек. Спустя примерно двадцать минут в отсек вошёл невысокий, хрупкий на вид молодой человек, в сопровождении противоабордажного дроида. С интересом оглядев его, Артём кивнул и, улыбнувшись одними губами, указал мужчине на стул.
– Присаживайтесь. Давайте для начала просто поговорим.
– Благодарю, – коротко кивнул мужчина и, опустившись на стул, вопросительно уставился на парня. – Что вы хотите знать?
– Как долго вы пробыли в рабстве?
– Год.
– И всё это время были у пиратов?
– Да. Нас захватили, когда наша группа летела с дипломатическим визитом.
– То есть вы не станете скрывать, что вы лериец? – насторожился Артём, ожидавший другой реакции.
– Как… Как вы узнали? – справившись с собой, тихо спросил мужчина.
– У нас есть свои методы, – ушёл Артём от ответа. – Но давайте вернемся в начало. Как вы уже знаете, меня зовут Артём. А вас?
– Тарок Варт.
– Вы действительно дипломат?
– Нет. Я должен был заниматься заключением торговых договоров. Купец, если вы понимаете, о чём я.
– Занятно. На моей планете тоже есть такое слово, и означает оно торговца.
– И где находится ваша планета? – заинтересовался лериец.
– Дикая планета, обитатели которой едва вышли в ближайший космос, – отмахнулся Артём, не желая вдаваться в подробности.
– Так вы в прошлом дикий? – изумился Тарок.
– Да. Бывший дикий, бывший раб, а теперь просто космический бродяга.
– Что ж, это многое объясняет, – кивнул лериец, окидывая парня задумчивым взглядом. – Так что вы от меня хотите?
– У меня к вам только один вопрос. Точнее, два. Первый, куда вы собираетесь отправиться дальше? И второй, что вам известно о нейросетях ушедших?
– Куда? Сложный вопрос, – вздохнул Тарок, простецким жестом почёсывая в затылке. – Вся беда в том, что для моих соплеменников я умер в тот момент, когда на меня надели ошейник. Представители моей расы стараются не попадать в плен живыми. Раз уж вам известно, кто я такой, то вы должны знать, что от нас можно получить.
– Вы о преображении из одного пола в другой? – уточнил парень.
– Да. Но это ещё не всё. Мы ведь не просто раса метаморфов. Преобразившись, мы начинаем воспринимать эмоции находящихся рядом разумных и транслируем их обратно, многократно усилив их.
– Ну, эмоции, они тоже разные бывают, – задумчиво хмыкнул парень.
– В элитном борделе обычно только одни эмоции, – скривился лериец. – А сломать можно кого угодно. Что же касается нейросети ушедших, увы, ничем приятным я вас порадовать не могу. Это направление у нас развивалось с учётом особенностей нашей расы.
– То есть об артефактах ушедших вы ничего не знаете? – уточнил Артём, выразительно покосившись на голограмму Доки.
– Не больше, чем известно во всех остальных обитаемых мирах. Как я уже сказал, симбиоты нам пришлось разрабатывать самим. Мы эмпаты, и потому обычные нейросети нам не подходят. Тем более нейросети ушедших. Древние не развивали это направление.
– Эмпатию? – тут же спросил Дока.
– Да. Они предпочитали опираться на технику, а не на эмоции. Потому и все их приборы по сей день работают.
– Что ж. В таком случае у нас больше нет вопросов, – вздохнул Артём. – Может, вы хотите о чём-то попросить для себя лично?
– Только одна просьба. Высаживая меня, дайте хоть какое-то оружие, – грустно усмехнулся лериец.
– Хотите покончить с собой? – прямо спросил Артём.
– Нет. Хочу иметь возможность сделать это, если снова окажусь под угрозой пленения. Не хочу снова надеть рабский ошейник.
– Хорошо. Будет вам оружие, – помолчав, кивнул парень.
– Благодарю вас, капитан, – поднявшись, церемонно поклонился Тарок.
Проводив его взглядом, Артём задумчиво хмыкнул и, повернувшись к искину, негромко проворчал:
– Говорил же, пустая затея. Ты сам слышал, их нейросети развивались по другому принципу.
– Да, слышал. Признаться, я в некоторой растерянности, – так же тихо признался Дока. – Мне не хватило материала для полного анализа, пришлось изначально делать некоторые допущения. И именно они оказались ошибочными. К сожалению, данных об этой расе очень мало и все они носят общий характер. Никаких подробностей мне найти не удалось.
– Да и хрен с ним, – вздохнув, усмехнулся Артём. – Живу я как-то с плохо работающей нейросетью, и дальше проживу. Даст бог, она сама выравняется. А нет, так и ладно. У меня вы с Добрыней имеетесь. Вы лучше нейросети.
– Это, безусловно, приятно слышать, но я хочу, чтобы все свои возможности ты мог использовать по полной программе. Ладно. Ты прав. Кое-как она работает, так что время у нас есть. А я буду дальше искать.
– Спасибо, Дока, – грустно улыбнувшись, выдохнул Артём. – Чем теперь займёмся? – сменил он тему.
– Ну, у меня забот хватает, – усмехнулся искин. – Все инженерные и технические дроиды работают не покладая манипуляторов. Один рейдер уже разобрали до каркаса. Кстати, на яхте дроиды обнаружили тайник. Куча наличности и целый контейнер обезличенных чипов.
– Запаролены? – заинтересовался Артём.
– Ты не поверишь, но нет.
– Поверю. Если их много, то просто в паролях запутаться можно. Так что вполне допускаю, что хозяин решил просто спрятать их, раскидав свои деньги по куче чипов.
– Думаю, это тайник того самого сноба, – иронично усмехнулся Дока, проигрывая возможные ситуации.
– И тут согласен. Но что будем делать, если он примется вопить, что мы его ограбили?
– Пусть вопит хоть до посинения, – отмахнулся искин. – Яхту будем разбирать в последнюю очередь. К тому же я попутно восстанавливаю им рейдер, так что, как только инженерный дроид доложит о готовности корабля, я тут же переведу всех снятых с яхты на него. И пусть проваливают. Заодно посмотрим, как он будет пытаться попасть на яхту, чтобы забрать свой груз.
