"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Орлов Сергей
На десерт нам дали компот из ягод. Он был тёплым и ароматным, с маленькими кусочками яблок и груш, плавающими сверху.
И все это сдобрили большим количеством таблеток, которых сегодня было вдвое больше, чем обычно. Уж не знаю, чем нас теперь решили пичкать, но моя интуиция молчала, а значит, ничего опасного там не было.
Крепко набив животик, перешел к выполнению следующего задания, а именно решению проблемы Потехина.
В принципе, у меня уже имелся вполне себе сносный план, который, по идее, должен был неплохо сработать. Оставалось только скопировать память Потехина, чтобы получше узнать его маму, а уже потом двигать к ней в гости. Благо с аргументами мне сильно помогли.
Для этого дела я решил подползти к нашему новому горе-воспитателю и построить из себя капризного ребенка.
— Сюкин сын снова обижает длугих детей!
Михаил медленно перевел на меня взгляд, а его глаза начали постепенно расширяться.
— Ч-что ты сейчас сказал? Ярослав! Ты где такое вообще услышал⁈
Я состряпал максимально невинную мордашку и застенчиво поинтересовался:
— Сто услышал?
— Нуууу… — замялся толстяк, — то слово, которым ты назвал одного из детей…
— Какое сово? — я продолжал изображать искреннее непонимание. — Сюкин сын? Так Алешин папа действитено Сюкин, что я тут могу потелать?
А сам как бы невзначай удлинил ножки и беззастенчиво уселся на воспитательский стол. Мол, наравне будем беседовать, товарищ, смирись.
Тем временем до Потехина наконец начало доходить. Он, бедный, покраснел от волнения и быстро попытался свинтить с темы.
— Ааааа… так ты имеешь в виду Щукина?
— Ну дя… а вы что такое подумали?
— Нуууу… яяяя… это…
Я удлинил ручку, положив ее на плечо толстяка, и проникновенно посмотрел ему в глаза.
— Вопитатель… с вами все в полядке? Может, позвать медсестлу? Она в соседнем кабинете сидит, насколько я знаю.
Все, это был чистый нокаут. Только идиот бы не заметил, каким взглядом Потехин смотрит на нашу Марью Степановну. Она являлась ровесницей Михаила и, как говорится, была женщиной в самом соку. Там и подержаться есть за что, и поговорить по душам можно. В общем, настоящая боевая подруга, которая наверняка очень быстро заберет Потехина из-под влияния матери.
А это, кстати, вариант. Надо будет свести их в будущем, чтобы спасти толстяка от пагубного влияния собственной мамочки.
Тем временем, пока Потехин приходил в себя, я аккуратно копировал его память. Дело это было быстрым и несложным, так что мне потребовалось каких-то двадцать секунд личного контакта. Обычно бывает немного подольше, но, видимо, сказалась растерянность «клиента» и его полная беззащитность перед чужим ментальным воздействием.
Поэтому спустя минуту я уже ловко, с перекатом, спрыгнул со стола и присел в углу, чтобы разобраться в воспоминаниях Потехина. Перед тем, как начать разговор с его мамочкой, мне требовалось получше ее узнать. Как живет, чем дышит, почему спустя столько лет не отлипает от своего детеныша… вопросов было много.
То, что мне предстоит уговаривать гиперконтролирующую мать, уже понятно. Но насколько же надо было достать собственного сына, чтобы у того сознание начало делиться на части, лишь бы спасти своего хозяина от сумасшествия?
Хотя, если судить чисто по внешним признакам, Мишаня не выглядел забитым парнем. Да, скромным. Да, слегка нелепым, но никак не забитым. Возможно, сказывалось влияние его второй субличности. Той, которая пожестче и готова, при случае, сразу в бубен прописать.
Но чтобы во всем разобраться, мне надо внимательно изучить его детство. Именно там, обычно и кроется корень всех бед.
Начать решил с самых ранних годов. И тут, как ни странно, все было более-менее прилично. Маленький Мишаня довольно рано открыл в себе способности Теневика, благодаря чему быстро завоевал всеобщее внимание. Что неудивительно, учитывая его очень перспективное будущее.
И что самое интересное, несмотря на свою чрезмерную заботу, Раиса Петровна весьма ответственно относилась к тренировкам своего ребенка. Она внимательно следила за его режимом, искала лучших тренеров и тщательно готовила мальчика к будущей военной карьере.
Возможно, сказывался Имперский закон о «воинской повинности Суперов с боевыми способностями». Исходя из этого закона, Суперы, чью способность можно было использовать для уничтожения монстров, обязывались проходить службу ровно до сорока пяти лет. Уже потом им разрешалось уйти на пенсию или продолжить службу, но на менее опасных участках.
Если Супер отказывался от службы, он должен был ежемесячно выплачивать «налог на трусость», как прозвали его среди обычного народа. Причем сумма там была весьма внушительной для обычного гражданина Империи.
Само собой, это правило всячески обходилось. Кого-то зачисляли в армию чисто на бумаге, другие, нанимаясь в частную фирму, обязательно вносили в договор пункт, по которому эта самая фирма обязуется выплачивать за Супера налог. Так что у народа все было схвачено.
Но вернемся к нашему воспитателю со слегка поехавшей крышей.
Проблемы начались позже, когда юному Михаилу стукнуло четырнадцать лет. Все как-то сразу навалилось: сперва друзья оказались не такими уж и друзьями, что очень сильно ранило добродушного мальчика; затем понравившаяся девочка проехалась по его сердцу, как тяжелый танк по хрупкому льду; ну а финалочкой, полностью сломившей Потехина, стал развод его родителей и последующая смерть отца во время задания.
Юношеская психика достаточно прочная, потому парень выдержал эти удары судьбы. Пострадал немного, конечно, но все-таки выдержал. Чего не скажешь о Раисе Петровне, которая на собственной шкуре ощутила, что такое потерять близкого человека. И вот как раз с этого момента и начались основные проблемы.
Началось все с того, что слегка безумная мамаша попыталась забрать Мишу из кадетского училища, где тот был одним из самых перспективных Суперов. А когда получила официальный отказ, устроила в учебном заведении фирменную истерику, из-за чего Миша очень сильно на нее обиделся.
Он впервые почувствовал такой стыд за свою маму, и не понимал, как реагировать на эти эмоции. Да и подростки остальные подшучивали на этот счет, из-за чего Потехину пришлось набить парочку наглых рож. Благо его способность очень располагала к схваткам один на один.
Все же офицерам удалось убедить Раису Петровну дать мальчику доучиться, а уже потом, перед распределением, они попробуют что-нибудь придумать. Само собой, никто ничего делать не собирался. Военные просто надеялись, что за несколько лет женщина успокоится, и проблема решится сама собой.
Но чем больше времени проходило, тем хуже становилась ситуация. А когда Миша закончил обучение, он буквально сбежал в Северный Бастион для прохождения службы, поставив свою мать перед фактом, что не собирается ничего менять.
В итоге Раиса Петровна приехала за ним и постаралась уже здесь взять его жизнь под полный контроль. И если с военным направлением ей было ничего не сделать, уж больно редкой была способность Миши, чтобы Бастион от него отказывался, то все, что касалось личной жизни, мамочка взяла на себя.
Ну и как результат: наш воспитатель являлся превосходным и умелым бойцом, но совершенно потерянным по жизни человеком. Ни собственной квартиры, потому что жить один он попросту не умел, ни семьи, потому что Раиса Петровна делала все, чтобы отвадить от него «недостойных ее драгоценного сынишки» девушек.
Так-то жалко мужика. Уже сейчас понятно, что он держится исключительно благодаря своим вылазкам в сумеречные пустоши, которые являются для него настоящей отдушиной. Именно там он выплескивает все свои эмоции, а заодно весьма ловко сокращает поголовье монстров.
На мгновение даже захотелось поглубже нырнуть в его память, чтобы подробнее рассмотреть воспоминания об одной из вылазок, но это удовольствие я оставил на потом. Сейчас надо было успокоить одну безумную мамашу… Тем более, что она каким-то хреном заявилась к нам в гости.
