"Фантастика 2025-24". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Мухин Владимир
Инжер подошел к заборчику, и он подошел с другой стороны, оглядывая беловолосого с головы до ног. Странный и торжественный момент. Они оба молчали, боясь его нарушить. Настя попыталась сунуться вперед, но Рог ухватил ее за шиворот, не давая двигаться и абсолютно не обращая внимания на возмущенное шипение.
Дед ясным, мальчишеским взором посмотрел парню в глаза, улыбнулся отечески и произнес: — Ну, здравствуй, Хальвадор. Мы тебя уже заждались. Долго же ты шел.
Глава 20
Совершенно не понимая, к чему он это сказал, Инжер все же ответил: — Здравствуй, отец. Спешил, как мог, прости, что припозднился. Почему Хальвадор?
— Хальвадор с древнего языка моих предков означает «спаситель», — старик улыбнулся, на удивление белыми зубами и открыл калитку. — Проходите, будьте как дома.
Инж только кивнул, переваривая услышанное. Вот, кажется, его новое имя, про которое упоминала Элина.
— А тебе идет, Хальвадор, — улыбнулась неожиданно Настя. — Буду тебя теперь так называть, а то Инжер. Что за дурак это придумал?
— Башенные. Когда нас выкрали. Им не нравилось имя Птич, — буркнул он, проходя за околицу.
В деревне зажглось еще больше фонарей, народ высыпал на улицу, разглядывая пришлых с удивлением и любопытством.
На первый взгляд большую часть населения составляли мужчины и женщины среднего возраста, но это из взрослых. Детей было раза в два больше. Они глядели на них любопытными глазенками, выглядывая из окон и из-за углов домишек. Тыкали пальцами и громко шептались про чужаков.
Старик проводил их свой дом, стоящий в центре деревни. Он был настолько мал, что весь отряд туда попросту не поместился, оставшись ждать на улице. Вошел один Хальвадор сел за стол, следуя приглашению старика.
— Меня зовут Кузьма, — представился мужчина. — Я один из тех, кто увел остатки людей в бункер из города. Все старики уж поумирали давно, а я вот один живу, землю топчу, да песочком посыпаю, — старик достал пыльную бутылку, две кружки, откупорил ее с хлопком и разлил янтарный напиток. — Должно быть, тебя ждал. Дождался, — дед стукнулся своей кружкой с его и выпил одним махом, крякнул от удовольствия. — Ну, вот и хорошо. Теперь моя душа спокойна. Можно уходить.
— Ты не спеши, дед Кузьма, — улыбнулся Хальв, чувствуя, как огненная волна прокатывается по пищеводу в желудок. — Ты сюда их привел, ты и вывести должен. Такая твоя миссия. Я только ворота вам открыл.
— Ты нас спас, Хальвадор, и тех, что там бесновались спас, да? — старик испытующе на него уставился.
— Если это можно назвать спасением. Мы им вакцину дали и они вернулись в сознание. Когда уходили к вам, они были на уровне развития детей. Хорошо, если он подтянется к уровню подростков или двадцатилетних, — вздохнул беловолосый.
— Значит, спас, — старик улыбнулся, разливая еще. — Специально берег для твоего прихода. Знал, что ты придешь.
— Именно я? — сказать, что парень удивился, это ничего не сказать. Была, правда, еще надежда, что Кузьма ждал любого, кто откроет дверь.
— Именно ты, — кивнул он, снова ударяя кружкой о кружку. — Я видел тебя во сне, парень со странным прозвищем. Видел, что ты придешь. Мне тогда еще подумалось, что негоже тебе с прозвищем ходить, как безродному. Решил имя тебе подобрать. Хорошее имя.
— Озадачил ты меня, дед Кузьма, — покачал Инжер, а теперь уже Хальвадор головой, пребывая в легком шоке.
— Ты не думай об этом слишком много, делай, что должно и будь что будет. Так раньше говорили, — ухмыльнулся старик и похлопал его по плечу костлявой рукой. — Что дальше делать скажешь?
— Это вам решать, — пожал Хальв плечами. — В центре управления много жилых комнат, удобных. Можете переселиться туда и жить, осваиваться потихоньку. Ваших бывших соседей в чувства приводить. Мы как-то не успели с этим и не успеем, наверное. Мне придется скоро уходить.
— Конечно, придется, — кивнул собеседник. — Тебе нельзя на месте сидеть, — он вдруг нахмурился, — и опасайся девушки, что одна в городе скиталась. Не будет тебе от нее добра. Убить не предлагаю, ты добр для этого, но держи ее дальше, чем своих врагов.
— Учту, — медленно проговорил Хальв, сразу подумав про Соню. — Сходить в центр вам все равно нужно с нами. Припасов взять, медикаментов. К тому же, если у вас больные есть, то их тоже в центр в медицинский сектор. Как у вас с припасами?
— Склад здесь хороший был, большой. Всего вдосталь, только оружия почти не было. Бункер же делали, чтобы пересидеть опасность, а не армию вооружать, — пожал плечами дед. — Вот только-только еда начала к концу подходить.
— Тогда собирай отряд, да идем с нами, наберете себе все, что необходимо.
— Добро, Хальвадор, сейчас раздам указания, — дед встал и позвал его с собой. — Пусть запоминают тебя, а то, может, и не увидитесь больше.
Старик дернул колокольчик, висящий у его двери. Звонкий, мелодичный звук прозвучал громко, отражаясь эхом от свода ангара. Люди, так и не разошедшиеся, потянулись к своеобразной площади, рядом с которой стоял домик Кузьмы-старосты.
Дети женщины, мужчины с опаской и надеждой рассматривали вооруженный отряд.
— Что-то я себя некомфортно чувствую, — поежился Ванька, скукожившись под многочисленными взглядами, чтобы казаться меньше, чем он есть на самом деле.
— Выпрямись, — Анастасия хлопнула его по спине. — Люди тебе рады. Н-да, не думала я, что окажусь в подобном месте. Нити судьбы не иначе.
Призрачные детишки сновали в толпе, стараясь найти своих знакомых, с которыми когда-то выживали в городе. Иногда это удавалось, и они радовались, оглядывая уже взрослых людей, но в глазах нет-нет, да и промелькнет печаль. У Кати особенно хорошо это заметно было. Хальв мог их понять. Пока они вот так жили и не жили одновременно, их приятели уже семьи создали, детей родили, жили в своем пусть маленьком, но мирке бункера. В очередной раз, посмотрев какой-то женщине прямо в глаза, Катя быстрым шагом направилась к нему.
— Хальв, я хочу уйти, — девушка с упрямой решимостью уставилась в глаза. — Я только сейчас поняла, как устала. Не хочу больше вот так скитаться. Отпусти меня.
— Катя, да ты сбрендила! — Светка встала рядом с подружкой, уперев руки в боки, возмущенно ту оглядывая. — Не время раскисать. Инжер, ой, то есть Хальви тела нам сделает. Рано уходить! Вот если не сможет, то вместе и уйдем. Потерпи немного. Столько лет ждали и ещё немного подождем. Думаешь, я не устала?!
— Устала, — выдохнула Катя, резко теряя решимость, — все мы устали, но я не могу смотреть на них. Не могу радоваться за них, и не говори мне, что так нельзя! — она вдруг подошла к Руби и прижалась к его спине, пряча лицо.
— Ой! — округлил глаза блондин. — Что это у меня на спине, Ванек? Не пойму.
— Не что, а кто, — буркнул Хальв, дернув его за рукав. — Стой смирно.
Руби кивнул и замер, кажется, даже не дыша. Понял, должно быть.
Хальв давно уже заметил, что Катя к нему неровно дышит, да и он к ней. Они частенько общались с помощью микрофона, а ещё он замечал, как она на него смотрит.
Жаль, что друг этого не может увидеть, а может, и не жаль. Ведь, если с телом для девушки ничего не выйдет, то Катя захочет уйти, а парень к ней к тому времени очень сильно привяжется.
Тем временем старейшина втолковывал людям про них и про то, что выйти можно из бункера, и переселиться в центр.
Новость встретили неоднозначно. Некоторые радовались, некоторые хмурились, но это дело времени, когда самым упёртым надоест сидеть в убежище.
В итоге сошлись на том, что с пришлыми отправятся только нуждающиеся в лечении, ну и старейшина с помощниками.
Анастасия смотрела на все действо со смесью недоверчивого презрения и странной радости, которой неоткуда было взяться.
С одной стороны, она презирала всех этих людей за их беспомощность, недалекость и слабость. Женщина не могла понять, зачем Хальвадору «Имя-то у него теперь звучное, какое» возиться с ними. Слабыми, нелепыми.
