"Фантастика 2025-168". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Орлов Сергей
От женщины очень плохо пахло, как если бы она не мылась несколько дней, неделю, а то и дольше…
Старые потрепанные штаны на парне. Знавшие и лучшие времена платья на женщинах. Цветы. Шляпки. Блаженные улыбки. Эти люди выглядели довольными собой и жизнью… Но их худоба выглядела нездоровой, а взгляды казались уставшими, хоть и блестели.
Возникла мысль о хиппи, о худшем их воплощении.
— У вас есть телефон? — не затягивая момент, спросила я.
— Да, — сразу сказал парень. — Я вас провожу.
— Благодарю.
Парень в широких штанах и темной рубашке повел меня в дом, в то время как женщины повели Линду на веранду, туда, где, судя по всему, располагалась кухня.
Я прошла через просторный холл в гостиную. Парень повел меня по шаткой деревянной лестнице на второй этаж. Там, в одной из комнат я увидела… Сару Слеперс. Пятнадцатилетняя девушка с небрежными косичками на плечах и в длинном белом платье. В той комнате находилась с другой девушкой, может, чуточку старше ее. Обе не заметили меня.
Сперва подумала, что мне показалось… Но то действительно была Сара.
Всего пара месяцев прошло после ее помолвки с Бобби Джонсом.
Что она здесь делает?
Парень проводил меня в одну из дальних комнат. К слову, одна из немногих, в которых была дверь.
— Запирать дверь нельзя, — сказал он. Как-то подозрительно осмотрел комнату и со словами «буду ждать внизу», ушел.
Я сняла темную зеленую трубку, послушав гудки. Положила ее на стол и вышла из комнаты, чтобы убедиться, что поблизости действительно никого не было. Вернувшись в комнату, приложила трубку к уху.
Набрала номер.
«Генриетта. Данфорд. Слушаю вас» — отозвались на той стороне провода.
— Соедините с домом Верховного судьи, Слеперсом.
«Соединяю».
Два коротких гудка спустя, трубку поднял дворецкий дома Слеперсов. Я представилась, после чего звонок перевели в кабинет хозяина дома.
«Луи Слеперс у аппарата», — хмурым тихим голосом проговорил Верховный судья.
— Анна Хэнтон, — представилась я. — Мистер Слеперс, у меня немного времени поэтому, минуя правила обычной вежливости, перехожу сразу к делу. Ваша дочь, Сара. Вам известно, что она в Тэра?
«Сара?! — заволновался судья. Закашлялся, но не потому, что имел проблемы со здоровьем, а в силу того, что, кажется, именно сейчас курил. — Вы видели ее? — Слышала, как он судорожно тушил сигару. Громыхала пепельница. — Что с ней? Она в порядке?».
— Она стала частью коммуны, мистер Слеперс. Эти люди живут в заброшенном доме. В лесах. Сара пока выглядит здоровой.
«Коммуна? В лесах? Боже милостивый, вы уверены, что видели именно Сару?».
— Никаких сомнений, мистер Слеперс. Это была Сара, — сразу спросила: — Она давно сбежала?
«Она должна была гостить у родни до конца прошедшего месяца и вернуться домой. Сара домой не вернулась, но пришло письмо, где она пишет о решении жить своей жизнью. Ее там силой удерживают?».
Последнее прозвучало как надежда.
— Боюсь, что нет.
«Чертовы сектанты! — со злостью процедил Слеперс и спросил неожиданно: — Вам по силам забрать ее оттуда и отвезти в Конектик? Тихо. В обход прессы и местных властей?»
Сперва меня озадачила такая постановка вопроса, но я быстро поняла: Слеперс — Верховный судья Данфорда, скандалы такого толка ему ни к чему. Но он, безусловно, дорожил своей дочерью, поэтому, если даже не получится тихо, свою дочь он здесь все равно не оставит… К тому же зачем привлекать новых людей, если в эпицентре событий уже нахожусь я?
— Она не уйдет со мной добровольно. Во всяком случае, сейчас. Силой забрать ее мне тоже не дадут, — тут же говорю: — Если сделать все так, как вы хотите… Тихо. Тогда мне придется задержаться здесь, мистер Слеперс.
«Если сделаете это, миссис Хэнтон, Верховный судья Данфорда будет у вас в долгу. Сделаете?».
Верховный судья Данфорда, который будет должен мне? Посмотрела на мутные стекла с крупными щелями и обтрепанную деревянную краску на стенах; ощутила неприятный сквозняк. Отсюда со всех ног бежать хотелось, но я уверенно сказала:
— Да, сделаю.
«Позвольте еще вопрос, миссис Хэнтон, — не дожидаясь моего ответа, сразу спросил: — «Где именно находится коммуна?».
— Тэра. Гостевой дом Гуго.
«Как вы оказались там?».
— Меня привели сюда дела, мистер Слеперс. Но все прошло не так, как мне хотелось…
Тихо было недолго.
«Звоните в любое время. Звоните каждый день, если сможете… Я хочу знать, что с ней все хорошо».
— Если у меня будет такая возможность, то конечно.
Второй звонок предполагался в Конектик, но после разговора со Слеперсом я положила трубку. Планы поменялись. Сегодня я никуда не полечу. А завтра будет видно, что делать дальше…
Я вышла из комнаты и прошла к лестнице. В той комнате, где видела Сару, никого теперь уже не было. На этаже в целом было очень тихо. Пока спускалась вниз по лестнице, под каждым моим шагом поскрипывали старые деревянные ступени. Ковра на ступенях давно уже не было, но он точно на них когда-то был.
К слову и о дверях. Дом большой. И за тот длинный путь, что я проделала к телефону, ни в одной другой комнате, кроме той, где был телефон, не было дверей.
В гостиной никого не было. В холле тоже.
Я вышла на улицу. Ветерок. Солнце. Тепло… Теплее, чем в доме, во всяком случае.
— Закончила? — спросила женщина в кресле-качалке на веранде. Та самая, что обняла Линду, когда мы только приехали. В старом желтом платье и с яркими цветами в темных волосах я даже не сразу ее заметила.
— Да, я сделала звонок… — запнулась я. — И столкнулась с проблемой: мне все же придется искать ночлег.
— Так оставайся здесь! — с воодушевлением протянула она, поднявшись с кресла-качалки. С блаженным взглядом она возложила ладони на мои плечи и добавила: — Мы рады тебе. Мы все рады!
Нисколько не сопротивляюсь. Говорю решительно:
— С радостью приму это приглашение.
— Какое счастье! — шире улыбнулась она. — Я Катрин. Одна из старших. А молодой мужчина, что показал тебе телефон Фредерик. Пойдем… — Взяла меня за руку и повела по веранде за угол дома. — Покажу, что и как здесь устроено и представлю тебя остальным.
Глава 16
В коммуне Дилана около двадцати человек. Сам Дилан, глава коммуны, и еще трое, что несколько дней назад ушли с ним, со дня на день должны были вернуться с едой и одеждой для членов коммуны. Пока его не было за старшую в коммуне оставалась Катрин — женщина с блаженным взглядом, и в яркой одежде.
У этих людей был живой и ясный взгляд, и все они казались счастливыми и довольными жизнью людьми. Они украшали цветами волосы. Украшали цветами свою старую одежду. Говорили друг другу исключительно приятные вещи. И во всем этом поведении было что-то не так.
Этот образ жизни слишком бросался в глаза, потому как был непривычен и необычен моему знанию об этом мире. А их вежливость казалась… неестественной. В исполнении одних это выглядело как необходимость, а в исполнении других, например Катрин, как хорошо отработанная привычка. Искренности при этом не выражал никто. Во всяком случае, я не видела этой искренности.
Когда день стал клониться к закату и я спросила у Катрин о том, какую из комнат я могла бы занять, то получила необычный ответ: «любую». Женщина с блаженным взглядом объяснила, что в коммуне Дилана каждый проводит ночь там, где ему хочется: будь то парень, который захочет переночевать в комнате девушки или девушка, которая захочет переночевать в комнате парня; в гостиной или на чердаке; на улице или в сарае. Есть только один запрет — комната самого Дилана. В нее членам коммуны входить нельзя.
К слову, комнатой Дилана была та самая комната с телефоном… Меня провели туда, потому что я не была членом коммуны.
Вот такие правила этого странного общества.
Понимание, что у меня не было личного пространства в этом доме не радовало, от слова, совсем. И когда я осталась одна, без надзора Катрин и не особенно навязчивых взглядов членов коммуны, я села в кресло в гостиной первого этажа. Здесь пока никого не было, но это только пока. Из смысла сказанного Катрин, к ночи у меня под ногами запросто мог захрапеть кто-то…
