Ковчег (СИ) - Ростов Олег
Так же подверглось изменение и форма власти. Я ушёл с поста главы военной администрации. Теперь заведовать обороной острова стал Антон. И это правильно, всё же он военный, хоть и бывший. В его обязанности входило следить за состоянием вооружений, артиллерии, построек военного назначения, таких как капониры и доты. А так же склады с боеприпасами и вооружением. Таких склада было два. Один в южной части острова, второй в северной. Склады были основательными, выстроенными из кирпича, под хорошей крышей их металлочерепицы. Окон на складах не было. Так же в юрисдикцию военного начальство входило и береговая охрана, состоящая из двух бронекатеров. Один дежурил, опять же в северной части острова, второй в южной. Кроме того, был выбран шериф. Он отвечал за внутреннее спокойствие на острове. Шериф подчинялся гражданской администрации. Военные в его дела не лезли. В обязанности шерифа так же входило и надзор за пожарной безопасностью. Для этой цели с материка мы притащили две пожарные машины, которые так же распределили — одна на севере, вторая на юге. Слава богу за этот год пожаров не случилось. Но шериф всё равно гонял добровольные пожарные команды, проводя раз в месяц учения. Законы на общем сходе приняли простые. Убийство каралось смертью. Без долгих разбирательств и волокиты. За насилие над человеком, особенно изнасилование — смертная казнь, как за убийство. Причинение тяжкого вреда здоровью, повлёкшее смерть или тяжёлые увечья, так же смертная казнь. Причинение тяжкого вреда здоровья не повлекшие смерть или увечье — высылка с острова, без права на возвращение, без оружия, но с продовольствием, из расчёта на три дня. Причинение вреда здоровью средней тяжести — отсидка до 15 суток в местном полицейском участке шерифа и общественные бесплатные работы до года. При повторном — высылка с острова, без права на возвращение без оружия, продовольствие на три дня. За причинение легкого вреда здоровью и побои, а так же за дебош, — отсидка в местном полицейском участке шерифа до 10 суток с общественными бесплатными работами до месяца. За воровство, высылка с острова без права на возврат, но с одной единицей оружия и продовольствием из расчёта на три дня. По тяжким преступлениям назначался трибунал в составе троих человек — главы гражданской администрации, главы военной администрации и шерифа. Адвокатов не было. Дела по более мелким правонарушениям проводилось главой местной администрации, либо его заместителем и шерифом. Военные не участвовали. Хозяйственные споры разбирались заместителем главы гражданской администрации и двух присяжных, назначаемых из граждан каждые полгода. Так же существовала система предупреждений. Максимальное число предупреждений о недопустимости тех или иных действий, будь то угрозы или оскорбления, до трёх раз. Потом вступал в действие закон о высылке с острова. Если кому-то что-то не нравилось он мог пожать жалобу в гражданскую администрацию. Вот и всё.
На общем сходе, когда решили реформировать систему власти, мою мать попросили и дальше исполнять обязанности главы. Был сформирован и совет глав поселений. Западное побережье было условно разбито на три части, по местам наибольшей сгруппированности проживавших там. Там избрали и глав поселений. Плюс поселение Стаса, где он был главным, поселение Василия и ещё одно поселение, на четыре двора. Они обосновались на другой, противоположной части озера от поселения Стаса. От этого поселения тоже был глава. Наиболее серьёзные вопросы решались на общем сходе населения. Имелась также и больница, где моя жена была хирургом, моя одноклассница, Елена Коломенцева анестезиологом и три медсестры. И ещё Бенедикт Гольстман, по простому Беня. Он гинеколог. Имелась школа. Всем работникам администраций, как гражданской, так и военной платили зарплату. А так же платили зарплату врачам и учителям. Шериф, как и его два помощника так же получали зарплату.
Все остальные зарабатывали сами. Основным источником поступления зерновых являлось хозяйство Стаса, а также оставался ещё балкер, хотя запасы там за год поистощились. Тем более, мы платили зерном за многие товары на материке, тому же Гонсалу и другим на его рынке. Кроме зерновых, Стас поставлял на внутренний рынок острова овощи, которые выращивали у него — помидоры, картофель, огурцы, перцы, кабачки, баклажаны и так далее. Всё это хорошо росло на острове, благодаря мягкому климату. С материка мы так же завезли саженцы плодовых деревьев — яблок, груш, абрикосов, персиков, черешни и вишни, апельсин и мандарин. А так же винограда. Всё это высадили, как у Стаса, так и в других селениях. Овощи поставлялись в том числе и с селения Василия. Многие на западном побережье тоже разбили огороды. Молочка шла в основном тоже от Стаса и от Василия. Пару коров отдали второму селению у озера. Но у них пока была тишина. Молоко шло только им. Хотя, как я знал у них родилась тёлочка и бычок. С материка, по заказу Стаса мы привезли ему небольшую маслобойню и сыродельню. Но масло и сыра пока тоже было мало. Свою продукцию они все продавали либо на рынке, либо сдавали за деньги в общественную столовую, куда мог прийти каждый и за монету малую вкусно и сыто поесть. По праздникам, которые мы сами для себя установили, накрывались столы и всех угощали бесплатно.
Кроме всей прочей деятельности, ещё занимались рыболовством. У нас этим занимались три экипажа. Один от Василия, второй Андрея и третий Дамир, чеченец из группы Диляры. Ещё оттуда с нашего города, откуда мы и начали свой большой поход. Он и ещё несколько его мужчин из группы покойной Диляры, попросили меня помочь им с траулером для рыбной ловли. Я взял из с собой на материк. Там они присмотрели в одном из портов как раз небольшой рыболовецкий траулер. Потом вместе с нами вернулись на остров, идя следом. С тех пор они и промышляли рыбной ловлей. Улов либо продавали на рынке, либо сдавали в общественную столовую.
Я не получал зарплату. Так как был вольным охотником. По простому — мародёром. У моей команды был сухогруз, превращённый в полувоенный корабль. Вместительный для перевозки разных грузов. Капитаном у меня был Юрий Николаевич Колосов и почти вся его команда с Ковчега. Они рулили в океане, я рулил на суше, когда высаживался мой десант. Всё, что привозил из набегов, сдавал военной или гражданской администрации за вознаграждение. Это смотря какой был груз. Если только гражданский, сдавал матери. Если военный — боеприпасы, вооружения, которые удавалось намародёрить на материке, сдавал Антону.
А ещё, Люся два месяца назад совершила настоящее открытие. Она поймала в озере не рыбу, а древнюю амфибию. Первыми, кто это заметили, это жители второго озёрного посёлка. Люся со своими сначала ловила рыбу неподалеку, на больших валунах. Но потом обе девчонки вытащили за хвост это чудо. Они не убили её. А таскали амфибию за хвост по земле. Жители селения прибежали, увидели, как «малыши» бросили амфибию и смотрели на неё. Амфибия разевала огромную зубастую пасть, но поймать никого не могла. Люсина банда была слишком быстрой. Староста селения связался с Амалией. Вызвал её к озеру, чтобы она разобралась, кого поймали «малыши»? Амалия прискакала на коне. Увидев улов, чуть не впала в ступор.
— Этого не может быть. — Выдохнула она. Амфибия была очень медлительной на земле. Только она пыталась развернуться и двинуться к воде, каак Люся или кто-либо из её команды, хватали животное за хвост и разворачивали, потом отскакивали. Амалия замахала на них руками. Я как раз был здесь на острове, Три дня как вернулся из очередного набега на материк. Амалия почему-то связалась со мной. Попросила приехать к озеру, ко второму поселению. Я приехал, на велосипеде. Ехать пришлось минут сорок. Даже чуть больше. Когда приехал, увидел странную животину. Размерами она была чуть больше метра не считая хвоста. Голова сплюснутая и занимала треть длинны туловища. Хвост ещё сантиметров 70, веслообразным. Маленькие передние и задние лапки с перепонками. Он был похож на головастика переростка. Окрас тёмный с каким-то светло-зелеными пятнами на спине. Челюсти составляли половину плоской закруглённой головы. И когда оно разевало пасть, становилось не по себе. Челюсти были усеяны острыми зубами. Вообще создавалось впечатление, что его переехали катком, сплюснув. Люся, увидев меня, радостная подскочила. Стояла довольная, улыбалась. Показала рукой на животину, мол смотри, что я поймала.
