Руса. Покоритель Вавилона (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович
— Не уверен. Остальные Деловые дома недовольны. Они поддержали наши меры против Еркатов и тех, кто с ними торговал. И вот теперь мы заработаем на строительстве канала и морской торговле, Дом Гуд — на партнёрстве с Клеоменом, а мы вместе — на торговле рабами-нубийцами, которая только начинает разрастаться. А им что?
— Они могут уже сейчас прилично заработать на торговле с Индией, — пожал плечами шпион. — Сам знаешь, индийские купцы сейчас активно скупают все товары Еркатов. Особенно монеты «небесного металла», яхонт, аспирин и розовые ткани.
— Кстати, тебе не удалось узнать, почему именно розовые?
— Особого секрета тут нет. Они охотно берут любые крашеные, но собственная розовая краска у них очень дорога и нестойка, вот и всё! Но ты меня сбил. Кто мешает им выдавать кредиты или входить в партнёрство? Прилично же заработают!
— Ты не понимаешь, Филин. Да, они заработают немало, но мы с «быками» — втрое больше. Это их и гложет. А ещё больше их бесит то, что какая-то деревенщина с окраины земли заработает вдесятеро больше, а они — не могут ничего с этим поделать.
— Что, совсем ничего, Непоседа?
— До руководства всех Домов донесли, что любые действия или даже бездействия, наносящие сейчас вред делам рода Еркатов и их помощников, вызовут личное недовольство царя царей! — криво улыбнулся тот. — Так что мы вовремя соскочили с этой повозки. Меня остальные «внуки» даже поблагодарили недавно.
Слова «любые» и «личное» были произнесены подчёркнуто эмоционально.
— Сквозь зубы, конечно?
— Разумеется. За последние месяцы в Вавилоне появились… — тут хозяин дома отставил бокал и стал загибать пальцы. — Египетское и армянское торговые подворья, Школа Высокой механики, отдельная мастерская по строительству часов в одной из башен нового царского дворца, Школа навигаторов и Дворец для «Аспиринового братства». И фактически в каждом из этих мест айки занимают особое место, фактически, вокруг них всё там и крутится. И это я еще не упомянул Ледяной и Бумажный рынки на окраине, которые без них тоже зачахнут.
Он помолчал, сделал несколько глотков пива и эмоционально закончил:
— Да что говорить, самые ушлые из мелких купцов и чиновников уже заставляют своих сыновей учить наречие не только эллинов, но и айков!
— Не только сыновей, но и дочерей! — улыбнулся Филин. — Ищут возможности породниться. А это значит что? Что Руса почти выиграл. Он завоевал Вавилон без единого выстрела! И если бы он сейчас въехал в Вавилон, ему устроили бы торжественную встречу. И никто, сколь бы богат и влиятелен он ни был, сейчас не рискнёт идти против воли не только великого царя, но и народа.
— А почему ты сказал «почти» выиграл? — после небольшой паузы поинтересовался Бел-шар-Уцур.
— Потому что всё у него завязано на успехи Александра. А тому, похоже, предстоит большая битва, так сказать, новые Гавгамелы. Индийский царь Пор собирает большое войско, почти втрое больше, чем у Александра Великого. А индусы дерутся совсем иначе, чем персы. И если наш царь проиграет, айкам придётся искать защиту. Но в этом случае слава их рода сработает против них, и цена этой защиты может оказаться неподъёмной…
* * *
«Нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся!» — писал кто-то из классиков[1]. Кто — не помню уже, да и продолжения не знаю, но он прав. Вот казалось бы, решили мы понаблюдать за индийским шпионом и не стали отрезать ему возможность пользоваться быстрой связью, что тут плохого? Да в общем-то, ничего!
Но параллельно Тиграну-младшему, брату моему драгоценному, пришло в голову, что водяные колёса на зиму можно и не демонтировать. Дескать, достаточно построить вокруг них теплозащитный «домик» и отапливать, поддерживая температуру чуть выше нуля.
Насколько я помнил, никто так не поступал. Но так сразу и не получалось сказать, почему не делали. То ли такой способ работать не будет, то ли просто никто не считал нужным, ведь топливо-то денег стоит, и уйдёт его немало!
Но… У рода Еркатов обстоятельства отличались. Во-первых, нам категорически не хватало электричества. А во-вторых, у нас было много «сбросного» тепла от химических процессов. Что у нас только не упаривали! Причем зимой работников становилось больше, а потому и тепла этого тоже становилось много.
* * *
[1] ГГ не помнит, но это начало стихотворения Фёдора Тютчева.
* * *
В общем, решили мы попробовать и — неожиданно получилось. Не без эксцессов и неожиданностей, конечно. Например, неожиданно для этих «хуразданских эдисонов» выяснилось, что зимой уровень воды в реке понижается. И пришлось ставить двигатель с насосом, которые сначала воду на метр с лишним поднимали, а потом она, опускаясь на десяток с лишним метров, давала энергию, питающую, в том числе, и эти устройства.
А то вдруг лёд возле оси намерзать стал, и пришлось сначала её регулярно её теплой водичкой поливать, а потом и вовсе — устроить обогрев оси.
Но, в общем и целом идея себя оправдала, поэтому сейчас срочно утепляли и остальные верхнебойные колёса. А дальше одно зацепилось за другое и понеслось: раз есть лишнее электричество, то и алюминия больше делаем, а также стали, пластика и хлоратов на чёрную краску и ракеты… Тем более, что спрос на качественную сталь и наши двухшекелевые монеты из «небесного металла» неожиданно стал ажиотажным…
Дальше — больше! Из Индии поступила куча заказов на самые разные наши товары, и активизация торговли неожиданно опустошила все складские запасы розовой ткани. Почему-то индийские торговцы её возлюбили особенно нежно и покупали так же охотно, как спички, «хуразданский фарфор», фаянс, квасцы и пластиковую бижутерию.
Разумеется, на возросший спрос род Еркатов ответил увеличением производства. Вот только краситель «фукси» требовал толуола. Разумеется, не только его, на каждый моль уходило ещё по два моля бензола, много азотной кислоты, цинк для восстановления, серная кислота, сода для нейтрализации излишков кислот… Химикатов расходовалось много, но первым закончился именно толуол.
Реакция родни на это оказалась легко предсказуемой. Мой дед, Гайк и брат беспечно пожали плечами и сказали: «Руса что-нибудь придумает, он же — химик!»
Я попробовал было пожаловаться Софочке с Розочкой. Напомнил, что толуол мы получаем из коксовой смолы, которая является побочным продуктом получения торфяного кокса. И весь запас пригодного для этого торфа мы уже переработали, а новый добыть можно не раньше мая. И что, думаете, встретил понимание? Как говорили в таких случаях мои ученики: «Ага! Щаз!»
Гречанка кивнула на армянку, а та, укачивая нашего сына, рассеянно пробормотала: «Ты же сам говорил, что толуол можно из бензола получать. А бензола у нас много!»
Мне осталось только подивиться её памяти, на чём разговор и закончился.
* * *
Да, я знал, как получить толуола из бензола. Частный случай реакции Фриделя-Крафтса[2], его даже в школьном курсе химии преподают, не говоря уж про химические факультеты вузов. Больше скажу: у меня имелся большой запас бензола, да и безводный хлорид алюминия, необходимый для ускорения реакции, у нас получали тоннами.
Оставалось получить только хлорметан, и получать я его решил из метанола. Да, из обычного древесного спирта. Чистого у меня пока не было, но при отжиге древесного угля мы накопили большое количество водно-метанольно-уксусной смеси, а разделить её проще простого: связываем уксус мелом, а затем в обычный самогонный аппарат. Только и разницы, что спирт отгоняем не этиловый, а метиловый. Обезводил по мере сил и приступил к реакции с хлоридом фосфора[3]…
* * *
[2] Реакция Фриделя — Крафтса — типичное электрофильное замещение в ароматическом ядре; наиболее часто в роли катализатора используется безводный хлорид алюминия. Один из примеров уравнения реакции: C6H6 + RHal = C6H5R + HHal
