Торговец будущим 5 (СИ) - "Мархуз"
Так почему «диадохи» Наполеона, задолбавшиеся воевать, не помогут своему кумиру упокоиться и дать им повластвовать в своих землях мирно и богато? Все они прекрасно понимают, что корсиканец не угомонится от того, что европейские земли закончились. Наверняка начнёт африканско-азиатские походы или заокеанско-американские, дабы утолить свои ментальные страсти хоть на время, ибо ему важен сам процесс, а не результат. Правитель-маньяк не может долго существовать — это в любом учебнике по психиатрии расписано в деталях. Такого сошли в Антарктиду, так он и там организует одних пингвинов, чтобы покорить других.
— Так что, мои дорогие министры, мы должны быть готовы к такому повороту Истории, ибо изменения в Европе могут повлиять на возможности той же Дании напасть на нас, да ещё при поддержке какой-нибудь Австрии, например.
Глава 25
Глава двадцать пятая
Когда-то в будущем Андрей Уланов поделился великолепной мыслью: «Если хочешь разорить небольшое государство — подари ему крейсер!». Однако, можно и продать, благо последние два года имеется спрос среди разных царств-государств. Пруссия, Франция хотя бы числятся державами, но к гонке водоплавающих вооружений подключились и другие, даже некоторые бывшие колонии Испании. Причём их в первую очередь интересовали линейные корабли, чтобы воевать с толком недобитыми испанцами, устремившимися туда же французами и даже голландцами.
Вся тройка действующих шведских адмиралов (имеются и бездействующие) плакали горючими слезами, наблюдая за тем, как в течении почти двух лет я распродаю гордость (а также ум, честь и совесть) шведского флота. Двадцать один линкор, четырнадцать фрегатов…
— Ваше величество, умоляем вас образумиться! — стенали они то поочерёдно, то всем скопом, — сейчас все морские державы усиливают свои флоты. Нас никто не будет уважать, коли останемся без военных кораблей.
— Уважаемые херен, ничего страшного не случится. Мы прекрасно защищены ракетной обороной и артиллерией. Попутно закладываются новые корабли на наших верфях, а в Свеаборге на моей верфи началось строительство принципиально нового линейного корабля класса «Эсте». Просто потерпите, тем более что основой нашего флота будут пароходофрегаты с ракетными установками и стальным орудием главного калибра.
Не то что калибр какой-то огроменный (всего лишь четырёхдюймовый), но орудия из стали, причём длинноствольные, пусть и по одному на каждый фрегат. Плюс, мы начали строительство беспарусных ракетоносцев, хотя и небольшое их количество. О том что сознательно затеваю гонку модерновых военно-морских вооружений я не делился. Пусть другие тратятся на громадьё планов, невзирая на финансовые сложности и чудовищные расходы. Мало потратиться на флот — нужно его ещё и содержать, а это очень дорого. Пример суперуспехов Ревельской эскадры до сих пор заманивает многих подражать, аки мираж в пустыне.
Шло время и мы прекрасно заработали на идиотизме и повторюшестве-хрюшестве других, даже бразильянские португальцы купили несколько военных судов у нас через третьи страны. Чтобы соседей по Южной Америке бумбосить в хвост и в гриву, коли теперь они там короли региона. И то что пруссаки, франкопузы и те же датчане с прочими мелкоплавающими всё больше лезут в долги, так нам это на руку, как и русским. Они тоже продали оставшиеся линкоры Черноморского флота, как и фрегаты предыдущих поколений, перейдя на «Спешные» за эти годы.
А в Петербурге и Николаеве строятся точно такие же линейные корабли (как и мой) и тоже в единичных экземплярах. Зато с бронепокрытием, пусть и не ахти каким прочным, обычные плиты-«сэндвичи» (сталь-железо) и не толстые. По большому счёту это всё показуха, но шпионы уже разнесли по всему европейскому и заатлантическому миру информацию о «новых русских и шведских» разработках. Вот только, если мы с Александром можем себе позволить потратить лишку на три линейных корабля, то во сколько встанет большее количество другим участникам гонки? И насколько подстегнёт цены на железный лист в той же Европе, как и просто на чугун и другое железо? Чего уж говорить о востребованности изделий из древесины, а также прочих составляющих, потребных кораблестроителям.
— Херен, — беседую с адмиралами теперь (в конце 1813 года) по прошествии более чем полутора лет с начала их хныканья, — что скажете ныне? Вы же нашли время и ознакомились с нашим линкором-первенцем, который следующим летом будет спущен на воду.
— Это чудо, ваше величество, а оба носовых орудия показали великолепные результаты при испытаниях на суше. Но почему не закладываются такие же ещё и ещё?
Вот всегда так: не срачка, так болячка.
— Сначала нужно будет испытать то что получилось, на плаву, провести стрельбы, проверить ходовые качества. Потом запустим флагман вместе с полудюжиной наших же пароходо-фрегатов в поход с дружескими визитами, чтобы заодно показать что мы ныне имеем. И лишь потом, по возвращении, обсудим сколько линкоров нам понадобится.
Буду тянуть время до посинения, ибо не собираюсь влезать в бешенные траты и втягивать в них бюджетные средства. Понимаю, что некоторые мои подходы шведским военным непривычны, но сейчас всё направлено на доведение Франции, а значит и Наполеона, до логического конца, а именно до финансо-экономического краха. Он же отправил в ряд бывших английских, испанских и португальских колоний не только эскадры, но и кое-какие десантные войска, в очередной раз проведя мобилизацию по призыву. Чем меньше рабочих рук остаётся — тем больше зависимость от поставок извне, а кто заглавный поставщик многого в нынешней Европе?
Так что навряд ли в каких учебниках будущего будет упомянут сей исторический период в разделе «Страдания российской экономики». Нынешние газеты Москвы, Петербурга и других городов переполнены сообщениями о создании частных предприятий, навроде суконных фабрик (пусть пока и единичных) и заводиков по изготовлению скобяных изделий, товариществ (благо правительство такое поддерживает), ну и даже акционерных обществ («товарищества по участкам»). Дошло до того, что в стране начинается дефицит крепостных крестьян. Землю-то кому-то нужно обрабатывать, а потребности промышленности в трудовых ресурсах из года в год растут. Так что братия Сперанского усиленно чешет репу на тему того, как у помещиков изымать излишки рук, коли таковые заведутся.
(Или самим помещикам руки пообрубать, чтобы не мешали смычке города и деревни?)
Шведская армия к концу 1813 года также была реформирована и практически полностью перевооружена. Вплоть до смены гужевой составляющей, ибо обозы ныне являются основой для победоносного воинства. Как и передвижные полевые госпитали имеющие достаточное количество не только лекарей, фельдшеров, но даже санитаров. И свои собственные обозы с необходимыми припасами.
Естественно, что военных постоянно проверяют как мои особые порученцы, так и представители «кровавой гебни». Что-нибудь украсть или использовать не по назначению иногда возможно, но всегда это кончается высылкой из Швеции не только провинившихся, но и членов их семейств. А свои семьи шведы не любят подставлять, поэтому и число нарушений минимально.
Кстати, мне понравилась система по которой организуют вооружённые силы. «Вёрведе» или наёмники обычно использовались в кавалерии и артиллерии, и лишь часть пехотинцев таковыми являлась. Остальная пехота состояла из крестьян-общинников, которые обеспечивались землей от местных сообществ и собирались на периодические сборы (это называлось «индельтой»). Особо ничего не поменяли в этом плане, лишь сами вооружения сменились. Теперь у нас практически все вооружены карабинами с брандтрубками и лишь две тысячи из моих гвардейцев имеют оружие с металлическими гильзами. Кроме того, вся армия защищена «брониками с наплечниками», уж лучше потратиться на защиту, чем терять бойцов из-за шальных попаданий. Заодно ввели обязательную команду «Ложись!» при артиллерийском обстреле, отказавшись от традиции «не кланяться пулям и ядрам».
