Рюрик. Князь из будущего (СИ) - Марков-Бабкин Владимир
Местных не жалко, лишь бы по нашим не прилетело. Хотя, теперь, тут все наши.
На другом берегу к протоке вышел дикий кабан. Посмотрел на нас без интереса. Попил воды и ушёл обратно в лес. Будь он рядом и кинься на нас, пистолеты бы не помогли.
На самом деле, выйди даже медведь, он не стал бы нас задирать почти наверняка. Крупные хищники не атакуют незнакомую добычу просто так. Только если сильно жрать нечего. Или чувствуют агрессию со стороны людей. Даже змея людей кусает только если на неё наступить или сильно побеспокоить. Животные не настолько агрессивны, как пишут ужастики в СМИ. Смотри под ноги, не лезь рогатиной в берлогу и будет тебе счастье.
Но без автомата мы вышли зря. Ободриты за эти дни перебили и распугали на Главрыбе всю дичь. Остров дикий и берег за протокой дикий. Медведи и те же кабаны прекрасные пловцы, могут и обратно переплыть. А у нас из оружия только мой меч. Не считая не сильно эффективных трёх пистолетов.
— Так, девушки, пошли-ка мы назад. Мы так догуляемся.
Оля пожала плечами.
— Как скажешь, муж мой.
Преслана просто промолчала.
Она сегодня тихая что-то. И задумчивая.
Я не стану лезть ей в душу. Мужчине там вообще нечего делать. В душе-то женской. Захочет — расскажет «сестре Фрейе». Или как оно там у неё в голове. Оля, если захочет и решит, расскажет мне. Часть. Только то, что достойно моих ушей. В плане того, что мне эту часть «женского» можно доверить.
* * *
ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». КАЮТА КАПИТАНА. 7 мая 862 года.
Пока мы гуляли лагерь викингов и большая часть моих экипажей успела встать. Никитин вывел своих морпехов на носу «Штокмана» косточки размять. В тельняшках. Преслана, и даже Ольга моя, засмотрелись. Я тоже себе не отказал. На Новину. Энергичная девка. Попадись я к ней, не факт, что справился бы. В спарринг, конечно. Ольга меня вчера выжала. А вот то, что я давно так вот руками не махал — неправильно. Для этого времени.
— Проснулись, молодожены? — вывел нас из восхищения Греков, — здравия желаю, товарищ капитан, Ольга Андреевна, Переслана.
— Здравствуй, Семён Павлович, — ответил я за всех, дамы кивнули, — хотел тебя спросить как там вчера догуляли?
— Мальчики, мы вас оставим, — то ли спросила, то ли известила нас Ольга. Думаю, что она бы не отказалась об окончании пира узнать, но уже на мостках как-то нервно спешила, а тут ещё на лицезрение тренировки задержалась.
— Конечно, Оленька.
Дамы ушли.
— Хорошо погуляли, — ответил особист на заданный до их ухода вопрос, — вроде все живы, даже переломов нет.
— А кто вчера решил устроить фейерверк? — спрашиваю Грекова.
— Так Никитин твой и устроил, — кивая на командира охраны «Штокмана» ответил особист, — под конец всё-таки подрались, то ли у наших что с собой в запасе было, то ли бодричи своего мёда перебрали.
— Хоть синяки есть? — спрашиваю с напускной надеждой, — а то какая же без драки свадьба⁉
На самом деле я конечно драки никакой не хотел. Тот ещё способ «боевой товарищество» укреплять. Особенно если бойцы оружием обвешаны. Во всяком случае времена вокруг простые: могут и вилкой за лихое слово в глаз дать. От того патруль на ночь оставлен и был. И наш, и варяжский. И все в патруле трезвые. ВЕРОЯТНО.
— Темно было, пока никто не хвастался, — поясняет, смеясь, Семен, — пока патруль успел, наши вроде парочке предков успели с замаха дать, руки то у наших длинные. А как те в стенку встали, так их лавкой чуть не зашиб Михалыч.
Вот же бестия! У него- то запас самогона точно был.
— Значит фейерверком скорее ободритов от наших защищали?
— Получается так, — признает особист, — но не уверен, что у варягов не нашлись бы ножи, горячие парни, хоть и северяне. Так что патрульные вовремя подоспели.
— Ясно, в общем капитан-лейтенант Никитин действовал правильно, — резюмирую тему.
— Правильно. И наши и варяги вразумились, — подтверждает Греков, — вот только вопрос с дружиной Присланы надо решать.
— А что там решать? Вроде же всё определили.
— Эх, командир. Вот придем мы в Любшу, а там у них родственники живут, как ты думаешь с нами они будут или в сторонке постоят?
Верно. На Мощном мы просто рядом им с нами идти разрешили. Преслану, которая с нами решила плыть, разрешили сопровождать. В Любше же её и дед может встречать. Да даже если позже встретит. Мечислав — охраняет внучку верховного вождя и присланное сыном для усиления войско ведет. А мы-то кто? Там и тогда? Гости? Захватчики пришедшие свою волю навязать?
— Что ты Семён предлагаешь?
— Собраться надо командирами, Фадву ещё пригласить (мыслит он неординарно). И окончательно решить КЕМ и ЗАЧЕМ мы идем в Любшу.
— И кем по-твоему?
— Княжество надо под себя брать, иначе никак. Пусть пока хотя бы ту часть что при Ладоге, — говорит особист твёрдо.
— Силой? Не думаю, что Гостомысл готов власть уступать, — уточняю я.
— Если надо, то и силой, но можно и миром порешать, — отвечает Греков, — эх, вот если бы ты вчера не женился, то ты мог бы просто Преслану в жены взять.
— Преслану?
— Ну да, она же шла в невесты наследнику власти дедовой, но что теперь уж.
Хорошо что он мне вчера не решился это сказать. Или ему за ночь ободриты напели чего нового? То-то они так недоуменно на нас с Ольгой смотрели? Впрочем, все вчера радовались.
— Семён, так что я один что ли среди нас жених? Ты вот пока свободен, и Мёллер пока не с Кудымовой.
— У старпома твоего с фельдшерицей уже всё на мази, думаю, что как дойдём уже будем свадьбу играть, — доводит до меня новости особист, — а я не буду на себя такой груз брать.
— Молодая?
— Да при чём здесь это? — морщится Греков, — командир должен быть один! Ты готов мне командование передать?
— Командование? — удивляюсь, — ты же сам доставал Указ.
— Вот! Но какое дело князю до этого? — произносит, глядя на меня Семён, — здесь не в двадцать первый век, другие люди, другие проблемы. Местный для нас не особо страшен — к согласию придем. А вот если князь будет наш, то все наши будут выбирать, а местные требовать, чтобы варяги или подчинились ему, или ушли. Они буквально года три как выгнали таких же вот гостей за море…
— Мы сильней.
— Их тут триста тысяч по лесам, у нас патронов на всех нет, — отрезает Греков.
— Мы можем править Советом, — ищу я выход.
— Это само собой, и Штаб наш за старейшин и Общее собрание за Вече для местных сойдет, но у них уже главный — вождь. Верховный над Ильменским союзом и свой в каждом племени.
— Ты это не мог мне раньше сказать?
— И ты бы женился на Преслане, а не на Оле? — спрашивает особист со скепсисом.
— Нет конечно, — отвечаю на автомате. А что я ещё могу сказать?
— На самом деле тут нет проблемы, — видя, что морпехи закончили тренировку собранно говорит Греков, — первое что нужно решить, это дружину Мечислава к себе привязать, а об остальном давай подумаем и вечером обсудим на военном совете.
* * *
ОКЕАНОГРАФИЧЕСКОЕ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ СУДНО «ПРОФЕССОР ШТОКМАН». ПАЛУБА.
Нас четверо. Я. Ларс. Мечислав. И подсудимый. Ситуация щекотливая.
Я не князь и вершить суд не могу. Местным я не капитан. Но, подзащитный нарушил моё повеление, как бога — нельзя покушаться на волю и предметы богов. Первый идиот, который разрубил мечом электрический кабель в дождь, получил «божественные молнии» в наказание. Еле откачали наши медики. Но, вот сей персонаж…
Вот что с ним делать? Порицать бессмысленно. И он не поймёт. И остальным наука — волю богов можно нарушать и ничего толком за это не будет. И Мечислав, тварь такая, притащил сего персонажа мне на суд. Я что тут? Понтий Пилат?
Что случилось? А ничего. Этот козёл (козлы, извините за сравнение) из лука сбил наш дрон. Конечно, дрон вдребезги. А их у нас так много, что пора легенды сочинять, о том, что они когда-то были у богов.
