Под маской. Моя автобиография - Фьюри Тайсон
Моим оппонентом был еще один непобежденный боксер, на этот раз швед Отто Уаллин. Несмотря на отсутствие поражений, а также четвертое место в рейтинге Всемирной боксерской организации (WBA) и одиннадцатое в рейтинге Международной боксерской федерации (IBF) — двух из четырех крупнейших мировых организаций бокса в мире, — некоторые критиковали выбор его в качестве соперника. Часто бывает, что люди, не увидев боксера в деле, считают его недостаточно сильным, но я знал, что он силен, и не собирался расслабляться. Он хорошо показал себя в спаррингах против Энтони Джошуа, и в боксерском сообществе был на хорошем счету.
Я уже давно научился не обращать внимания на такие комментарии, потому что, выходя на ринг, всегда рискуешь. Поэтому для этого боя я тренировался активно, как и всегда, и провел пять недель в Вегасе в преддверии схватки. Разумеется, перед боем было много мероприятий для прессы, включая совместное интервью с человеком, в честь которого меня назвали, экс-чемпионом в тяжелом весе Майком Тайсоном. Впервые мы встретились в 2016 году и с тех пор несколько раз общались по телефону. У него тоже было немало проблем в жизни, и он пережил тяжелые времена — в этом мы похожи. Но он настоящая живая легенда, и я не мог поверить, что мне посчастливилось посмеяться с ним и откровенно пообщаться.
Неделя перед боем предшествовала Дню независимости Мексики, и я решил это отметить. У мексиканцев богатая история в боксе, поэтому я постарался продемонстрировать свое уважение. На открытой тренировке я появился в мексиканской бандане и в традиционной маске лучадора — мексиканского борца. Болельщикам это, похоже, понравилось, и перед поединком мексиканцы тепло меня приветствовали.
Все шло по плану, и теперь даже мексиканские журналисты были за Цыганского Короля. Во время пресс-конференции я упомянул, что пытаюсь учить испанский, после чего один мексиканский репортер решил сбить меня с толку длинным вопросом. Поблагодарив его за вопрос, я улыбнулся и в шутку ответил: «О да, большие плюшевые игрушки и разноцветные карандаши я тоже обожаю!» — журналисты чуть не полопались со смеху. Но после боя, который пошел далеко не так гладко, как хотелось бы, зашивать пришлось уже меня.
В День независимости Мексики я вышел на арену «Ти-Мобайл» в пончо и сомбреро, и отправился к рингу, посылая воздушные поцелуи забитым трибунам. После двух неплохих раундов я был уверен, что контролирую ситуацию, но внезапно все изменилось. За 50 секунд до окончания третьего раунда Уаллин поймал меня коротким левым хуком, и я получил самое серьезное рассечение за всю свою карьеру. Мой тренер Бен позже признался, что он тоже никогда не видел такой глубокой сечки. Ситуация была напряженная. Рефери сказал, что рассечение появилось в результате удара головой, но между раундами репортер ESPN подсказал Бену, что причиной был удар перчаткой. Это меняло ситуацию, потому что теперь, если рефери остановил бы матч, Уаллина объявили бы победителем.
Дела стали еще хуже, когда в четвертом раунде у меня появилась сечка на правом веке. Мой специалист по рассечениям Хорхе Капетильо творил чудеса, но все равно начиная с третьего раунда я опасался, что рефери Тони Уикс остановит бой. Кровь заливала правый глаз, и я мог видеть только левым. Всю стратегию на бой пришлось тут же отбросить, и я начал сближаться с Уаллином в расчете на то, что таким образом у судьи не будет времени разглядывать рассечение и ему не придет в голову остановить поединок.
Я думал только о том, как мне дотянуть до конца, прикладывая достаточно усилий, чтобы выигрывать раунд за раундом. Уаллин уже не сдерживался — заряжал мощнейшие удары и хватался за мою бровь перчаткой, чтобы усилить кровотечение. В шестом раунде был очень напряженный момент, когда врач попросил дать ему осмотреть рассечение. Он мог остановить бой, но я сказал: «Я могу видеть, поехали», — и снова взялся за дело.
Это было настоящее испытание характера и выносливости, но я показал Уаллину, что даже с одним глазом не сдаюсь. Под конец девятого раунда я нанес ему несколько мощных ударов и продолжил атаковать в десятом. Многие на моем месте, получив такое повреждение, ушли бы в глубокую оборону, но я, наоборот, наседал на шведа и хорошенько ему навешал. Вот так поступают чемпионы, когда дела плохи. Я снова задел его в конце одиннадцатого раунда. Но в двенадцатом Уаллин, надо отдать ему должное, собрался с силами и поймал меня сильным левым хуком. Под конец боя вся левая сторона лица у меня была в крови. Уаллин был вымотан после главной схватки в своей жизни, а рубашка рефери насквозь промокла от крови и пота. По крайней мере, обошлось без слез, и я одержал победу по очкам единогласным решением судей. Но дома мой отец Джон, который работал на телеканале BT Sport, здорово переживал и после поединка даже потребовал, чтобы я уволил всю свою команду.
Еще один насыщенный эмоциями вечер, и после него мне пришлось отправиться в местную больницу. Рассечение было таким серьезным, что на общение с журналистами времени не было, мне пришлось сразу обратиться к врачам. Мой специалист по рассечениям Хорхе настолько хорошо справился, что я выписал ему премию, но сейчас мне требовалась полномасштабная врачебная помощь. Я хотел, чтобы мной занялся хирург, и нам пришлось ждать около часа, пока он приедет из дома. Он наложил около 50 швов, и спустя 20 минут все было готово. Сначала я не знал, сколько времени потребуется на восстановление, но хирург сказал, что все заживет в течение двух недель, так что на бой с Уайлдером 22 февраля это не должно было повлиять.
На следующее утро я выиграл в казино 5000 долларов и отправился домой. Но вскоре мне пришлось вернуться в Штаты, когда я получил приглашение выступить в матче по рестлингу, организованному World Wrestling Entertainment (WWE).
До боя с Уайлдером оставалось еще много времени, а я всегда был фанатом рестлинга — меня впечатляло их умение создавать шоу. Так что, когда подвернулась такая возможность, я не стал отказываться. Мы с семьей использовали это, чтобы устроить себе отдых, и в октябре я и Пэрис взяли наших пятерых детей и отправились в Орландо, штат Флорида, где находится школа рестлинга WWE’s Performance Center. Там рестлеров тренируют и обучают различным приемам. Могу сказать, что тренировки там гораздо более суровые, чем многим кажется — спина после них здорово болит!
Оттуда мы направились в «Стейплс-центр» в Лос-Анджелес — арену моей битвы с Уайлдером — чтобы поприсутствовать на соревновании по рестлингу WWE SmackDown. Для моего сына Принца это было невероятное приключение. Он играет в рестлинг на приставке каждый день, поэтому был на седьмом небе, когда получил возможность увидеть всех звезд, включая Дуэйна «Скалу» Джонсона, за кулисами. Я заслужил звание лучшего папы на свете!
Когда мы заняли свои места рядом с рингом, один из рестлеров, Брон Строумэн, бросил на меня взгляд и поднял кулаки, как бы приглашая меня подраться. Я перемахнул через заграждения, и переполненные трибуны взревели, когда охрана оттаскивала меня от ринга. Несколько дней спустя мы присутствовали на еще одном мероприятии, WWE Raw, где я потребовал у Строумэна извинений и мы с ним чуть не схлестнулись на ринге — нас растащили охранники. Принц и моя дочь Венесуэла были в восторге, а когда WWE объявили, что мы со Строумэном будем драться 31 октября в Саудовской Аравии, Принц не мог поверить своим ушам. Его папа будет сражаться с парнями, за которых он играет в игры на PlayStation.
Прежде чем это произошло, мне пришлось пройти серьезную подготовку. Честно говоря, тренировки были безжалостными. Меня учили выдерживать удар об угол ринга — по ощущениям, как будто врезаешься в стальные тросы. Специальный тренер показывал, как исполнять удар обеими ногами в воздухе и группироваться при падении на спину. Первые несколько дней все болело, и я был покрыт синяками.
Подписывая договор с владельцем WWE Винсом Макмэном, я думал, что буду развлекаться, но, в итоге, мне пришлось выкладываться по полной, и не только на тренировках, но и путешествуя по всем Соединенным Штатам. Семье пришлось остаться в Орландо, пока я летал по стране — например, в три утра был перелет в Денвер, штат Колорадо, чтобы прорекламировать матч 31 октября, затем обратно во Флориду, а на следующий день — в Лос-Анджелес. Раньше мне не приходилось иметь дело с таким сумасшедшим расписанием, я был поражен, насколько популярен рестлинг в Штатах и по всему миру. Повсюду забитые стадионы и внушительное число фанатов — один миллиард.
