Французская иллюзия (ЛП) - Гришэм Джон
Поздним вечером было прохладно, но не слишком холодно, и Рэй Клэр решила, что им необходима долгая прогулка. Они шли под руку, ныряли в узкие улочки и старались не заблудиться. Разговаривали, хихикали, и случайный наблюдатель не заметил бы в их поведении ничего необычного. В тот момент так оно и было.
Стюарту было трудно примириться с тем, что он приехал в Париж с единственной целью: чтобы его схватили, утащили с улицы, похитили, вероятно, накачали наркотиками, избили и увезли. Это могло случиться в любой момент. А могло вообще не случиться. Подходящим местом казался переулок впереди. Или припаркованный фургон с включённой аварийной сигнализацией. Челси Таннер и Бет Снайдер одинаково описывали маленький белый развозной фургон. Они с Рэй Клэр изучили десятки фотографий таких машин, а теперь, проведя в Париже часов двенадцать, поняли, что их здесь тысячи. При виде первых десяти Нэш вздрагивал; теперь почти перестал их замечать.
Кроме того, и он, и его невеста знали, что ни одно из трёх предыдущих похищений не произошло в самом городе. Слишком много людей, слишком много камер наблюдения.
— Перед ужином я связалась с Каспером, — тихо сказала Рэй Клэр.
— А Каспер у нас кто, напомни?
— Ну же. Наша группа, которая совсем рядом с отелем.
— Ах да. Забыл о них.
— Сомневаюсь. Так вот, они пока ничего не заметили. Следовали за нами из аэропорта в отель, затем в Лувр и сидели в брассери.
— Они или те? Я уже запутался.
— Наши, хорошие парни.
— Уютный получается медовый месяц.
— А плохих ребят пока не видно.
Они шли дальше, холодный ветер усиливался. У церкви Сен-Сюльпис колокола начали бить одиннадцать. Неподалёку от отеля Рэй Клэр вдруг остановилась, ухватила его за руку и притянула к себе.
— Думаю, сегодня нам пора сделать наш брак настоящим.
Нэш опешил, но быстро пришёл в себя.
— Ого. Всё-таки настоящая свадьба. Наше маленькое путешествие вдруг стало гораздо приятнее. Можно спросить, что тебя на это подвигло?
— Стюарт, ты же знаешь, я человек практичный. В номере нет дивана, где ты мог бы спать, а кровать не такая уж широкая. Раз уж мы будем так близко друг к другу, почему бы не воспользоваться всеми преимуществами полноценного брака?
— Согласен! Вот это моя девочка.
— К тому же мы не знаем, кто нас слушает.
— Я об этом подумал. И горничные наверняка привыкли менять простыни, будто на них дрались. Надо быть убедительными.
Она внезапно поцеловала его в губы и сказала:
— Идём.
В номере ждало заказанное ею шампанское, охлаждённое во льду. Она включила негромкий джаз, и они медленно закружились по комнате. Чокнулись высокими бокалами, захихикали, совсем как настоящие влюблённые. Ещё потанцевали, ещё выпили, потом неспешно начали раздеваться. К рассвету их сморила разница во времени, которой поспособствовали вино, шампанское и секс. Началось всё несколько неловко, зато закончилось достаточно естественным шумом, чтобы удовлетворить любых подслушивающих. Они перевернулись и снова заснули, но к восьми утра проснулись и взялись за дело вновь, наверстывая упущенное.
Переведя дух, Нэш сказал:
— Может, проведём в постели весь день?
— Нет, — почти рявкнула она, вскакивая. — Я в душ. Закажи завтрак в номер: мне кофе и круассан. У нас билеты на Эйфелеву башню к десяти.
Словно он этого не знал. Всё расписание было у него словно выжжено в памяти. В час — обед в «Ше Луи», после полудня — прогулки вокруг Сакре-Кёр, и так далее без конца. Завтра они возьмут машину и съездят на день в Бургундию: посетят виноградники, попытаются оказаться в уединённом месте и стать уязвимыми. Его жена отчаянно надеялась, что их похитят. Он уже не был так уверен. Теперь, когда отдых мечты принял приятный и неожиданный оборот, похищение вполне могло оказаться не самой приятной его частью.
Даже с билетами им пришлось час стоять в очереди на подъём к вершине Эйфелевой башни. Там они сделали фотографии и селфи, которые Рэй Клэр исправно выложила с восторженными подписями для родных и друзей дома — и всех прочих, кому это могло быть интересно.
Глава 57
В день своего похищения Стюарт проснулся в пять утра с комом в животе. Настал его час — день, ради которого он ещё летом вызвался добровольцем и к которому готовился, повинуясь смутному чувству долга. Не раз он спрашивал себя, не спятил ли, и снова задумался об этом, когда жена перевернулась и что-то ласково проворковала из-под одеяла. Но она затихла и опять уснула, а он, хоть и испытывал искушение, не стал её тревожить.
В половине восьмого они выехали из отеля на чёрном «Ауди», которым управлял Антуан. Покидая город, они миновали длинные вереницы машин, стоявших в пробке на встречном направлении. Антуан был профессионалом и молчал. Они то дремали, то делали вид, что дремлют, пряча глаза за тёмными очками. Оба были начеку и ждали, не пустят ли в ход закись азота, эфир или какой-нибудь другой невидимый газ. В километре позади, в неприметном «Пежо», следовала французская группа наблюдения. На высоте полумили над ними летел беспилотник, сопровождавший машину и передававший изображение безупречной чёткости в Париж и Лэнгли. Впереди, в Осере, ждали полдюжины агентов, большинство изображали туристов.
Когда они миновали съезд к Сансу, Стюарт придал губам и зубам нужное положение, как его учили, и дважды щёлкнул слева. Он взглянул на телефон: пришло сообщение от группы. «Радарный контакт. Всё в порядке». Он удалил сообщение, подождал пять минут, дважды щёлкнул, чтобы отключить устройство, и дождался подтверждения. Всё готово.
Через два часа после выезда из Парижа они въехали в Осер и остановились, чтобы погулять по городу. Погода стояла ясная и прохладная — вполне подходящая для кофе с выпечкой в уличном кафе. На окраине они нашли прокат велосипедов и сказали Антуану, что вернутся около трёх дня. Выехав на популярный маршрут, вскоре оказались в самом сердце винодельческой Бургундии. Холмы были пологими, но дорога всё же требовала сил, хотя оба находились в прекрасной физической форме. Стояло начало декабря, других туристов было совсем мало. На винодельнях они изображали наслаждение лучшими винами и позировали для снимков, которым позавидовали бы друзья. Около полудня оставили велосипеды и двадцать минут поднимались по склону утёса к крошечной деревне с двумя магазинами и одним рестораном. Путеводитель обещал, что от одного из его столиков открывается один из лучших видов Бургундии.
Они не теряли бдительности, но за весь день не заметили ничего даже отдалённо подозрительного. Они часто оставались одни — лёгкие мишени. На многие мили вокруг — ни свидетелей, ни камер наблюдения. Ничего не произошло.
В три они вернули велосипеды, нашли Антуана и сели в его машину, испытывая разочарование. День прошёл впустую. Чёрт возьми! Они едва ли не размахивали перед террористами белым флагом. Может, сделали себя чересчур доступными. Дорога назад в Париж прошла без происшествий, обоим удалось подремать.
Сколько можно разглядывать использованный презерватив?
Набид прежде никогда не задумывался над этим вопросом. Эдуар и Кристин тоже. У всех троих имелся разный опыт обращения с подобными вещами, но, как большинство людей, они забывали о них сразу после использования.
Презерватив лежал посреди маленького хлипкого кухонного столика в конспиративной квартире. Его положили на белое полотенце, тоже взятое из отеля, вместе с обычным набором выброшенных вещей: одноразовой бритвой, бумажной обёрткой от куска мыла, ватными дисками для снятия макияжа, использованными салфетками и отрезком зубной нити. Всё это гостиничный сотрудник, охотно бравший взятки и считавшийся надёжным, принёс в небольшом пластиковом пакете.
Остальной мусор был совершенно понятен. Но презерватив? Молодожёны, обоим чуть за тридцать, и вероятность того, что они уже давно спали друг с другом, составляла не меньше девяноста процентов. Предохранение от беременности? Рэй Клэр уже больше года принимала популярные противозачаточные таблетки «Джунел Фе». В Соединённых Штатах медицинские записи взломать было до смешного легко. Ни заболеваний, ни инфекций, ни вирусов, ни хронических проблем у неё не обнаружилось. Раньше она принимала «Амбиен» от бессонницы и «Золофт» от тревожности, но недавно перестала. Стюарту ничего не назначали, проблем со здоровьем у него не было.
