И она поблагодарила богов (ЛП) - Адлер-Ольсен Юсси
— Нашего клиента зовут Бенджамин Холден, он американец, проживающий здесь, в Голландии, и владелец обувной фабрики «СофтГоу». Он поручил нам убрать с рынка конкурирующую обувную фирму «Каказ». Задача не из легких, поскольку «Каказ» — успешное предприятие с отлично диверсифицированным бизнесом! — Петер жестом попросил продолжить своего технического директора, и Карин Дам поднялась с места с усталым взглядом. Этому совещанию предшествовали долгие часы напряженной работы.
— Материнская компания «Каказ» находится здесь, в Амстердаме, — начала она. — Сорок сотрудников работают в администрации, отделе разработок и отделе продаж. Само производство обуви сосредоточено у двух субподрядчиков — в Португалии и на Яве, на каждом из предприятий трудятся примерно по триста рабочих.
Петер перебил ее: — Производственные издержки у «Каказ» чрезвычайно низкие, индонезийский филиал работает как часы, но нам повезло: пару дней назад мы выяснили, что португальское подразделение получает государственные субсидии, выплату которых прекратят в следующем году! — Он кивнул Карин Дам, давая знак продолжать.
— В прошлом году производство принесло «Каказ» рекордную совокупную выручку в сто десять миллионов гульденов. — Она записала цифру на маркерной доске позади себя. — Маржинальная прибыль при этом составила примерно десять миллионов.
Петер обвел взглядом присутствующих. Когда-то подобные суммы привели бы его сотрудников в дикий восторг, но за годы работы через них прошли сотни аналогичных дел.
Карин Дам продолжила: — Наш гонорар за вытеснение «Каказ» с рынка уже согласован, и он значительно выше обычного.
Петер отложил папку с документами: — Одиннадцать с половиной миллионов гульденов, если быть точным. Все согласны?
Присутствующие вяло закивали.
— Вопрос в том, сможет ли «СофтГоу» нам заплатить. — Он повернулся к бледному, аккуратно причесанному помощнику Томаса Клейна. — Твоя очередь, Маттейс! Что говорит ваш финансовый анализ «СофтГоу»?
Молодой человек прокашлялся. Нервный тик на подбородке уже выдавал ответ: — Насколько я могу судить, «СофтГоу» неплатежеспособна.
— Вот как. Но разве они не предоставили банковскую гарантию на пять миллионов гульденов, как мы требовали?
— Нет, не в виде банковской гарантии. Эти пять миллионов внесены наличными.
— Наличными? И ты полагаешь, что на эти деньги могут претендовать третьи лица?
— Безусловно.
— И у тебя нет решения этой проблемы?
— Нет. — Маттейс Бергфельд попытался встретиться с ним взглядом.
— Одиннадцать с половиной миллионов гульденов — слишком большая сумма, чтобы просто так ее упускать, Маттейс.
— Да, это так.
— И это всё по данному делу?
— Боюсь, что да.
Петер огляделся. Добавить было нечего. Даже Томас Клейн лишь пожал своими широкими плечами, улыбаясь с обычным невозмутимым видом.
— Зайди ко мне в кабинет, Томас! — Петер поднялся и открыл дверь, не дожидаясь ответа. — Прошу нас извинить, мы прервемся на пару минут.
Хотя Петер был почти на голову выше большинства, ему приходилось поднимать взгляд, чтобы встретиться с высокомерными глазами этого человека-горы — самоуверенного юриста. — Садись, Томас! — сказал он именно поэтому.
Они долго смотрели друг на друга.
— Тебе придется уволить Маттейса Бергфельда, Томас. В свободное время можешь хоть трахать его круглые сутки , мне все равно, но здесь тебе придется обходиться без него.
— Ты с ума сошел! Он лучший специалист во всей фирме. — Клейн небрежно пощупал свой двойной подбородок.
— Одиннадцать с половиной миллионов гульденов, Томас! Слишком приличные деньги, чтобы помахать им ручкой. Дороговато тебе обходится этот твой дружок.
— Но он чертовски прав! «СофтГоу» не сможет нам заплатить, поэтому мы не можем взяться за эту работу. — Он убрал руку от подбородка. — Послушай, Петер. На проект заложено более восьмисот человеко-часов. У нас есть другие дела, с которыми гораздо меньше возни. Пусть «СофтГоу» уничтожает «Каказ» или саму себя без нашего участия. Маттейс прав. — Клейн доверительно подался вперед всем своим массивным телом, но его попытка пустить в ход обаяние провалилась в зародыше: де Бур нажал кнопку селектора.
— Соедини меня с «СофтГоу», Линда. Скажи, что Томас Клейн хочет поговорить с их директором, Бенджамином Холденом. Прямо сейчас! Мы ждем.
Клейн покачал головой: — Это бесполезно, Петер. Разве ты сам не учил нас вовремя выходить из игры?
— Учил. Но чему еще я вас учил? Импровизировать! Вот почему меня бесит, что этот чертов юридический отдел прибрал к рукам столько власти в компании! Вы, черт бы вас побрал, совершенно разучились импровизировать — юристы на это, видимо, вообще не способны. — Петер откинулся на спинку кресла. — Вы ведь знаете, чего я хочу, верно?
Клейн снова хотел было возразить, но передумал.
— Значит, твоя святая обязанность — дать мне это, Томас, мы этим на хлеб зарабатываем. Либо «СофтГоу» предоставит приемлемые гарантии, либо мы потребуем обеспечения в виде опционов на акции или уже заключенных контрактов. Дружба дружбой, но с этого момента мы возвращаемся к прежней процедуре, к моей процедуре, Томас. И что касается Маттейса Бергфельда: видеть его на совещаниях руководства я больше не хочу. Вопросы есть?
Клейн потер один глаз. Он, в сущности, остался доволен — это было очевидно. Нашему человеку-горе позволили оставить при себе бойкого узкобедрого помощника.
Когда зазвонил телефон, Клейн снял трубку и выслушал собеседника, удивленно вскинув седые брови. Наконец он протянул трубку Петеру: — Это не Бенджамин Холден, а американская юридическая контора. Кажется, он сказал «Лоусон и Миннивер». Знаешь таких?
Петер покачал головой.
— Звонят насчет Келли.
— Насчет Келли? — В тот же миг он почувствовал, как по телу разливается неприятный жар. С чего вдруг кто-то звонит насчет Келли? Столько лет спустя? Он взял трубку и приготовился слушать.
Голос на том конце провода звучал самоуверенно и монотонно.
Когда разговор закончился, Петер какое-то время сидел, уставившись в пустоту. О, если бы можно было впасть в спячку! Забыть обо всем на свете и просто раствориться в грезах. Забыть о работе, об инспекторе в участке, о картине человека с обрывками ткани глубоко в горле... А теперь еще и это.
Клейн попытался расшифровать его застывшее выражение лица. — Ну и? — сказал он.
Петер помедлил. — Судя по всему, новое дело, — ответил он.
— Значит, с «СофтГоу» мы завязываем?
Петер посмотрел на свою руку, машинально поглаживающую край стола. Ладони все еще были влажными. — Это никак не повлияет на наши договоренности с «СофтГоу» или другие дела. Это личный вопрос.
Клейн выпятил нижнюю губу: — Мне заняться этим?
— Возможно! — Петер попытался прогнать нахлынувшие воспоминания. Образ женщины, которая когда-то заполнила собой все его мечты. Лицо Келли.
— Что стряслось с Келли? В чем суть дела, Петер?
— Я расскажу, когда решу, стоит ли тебе в это ввязываться.
— Что-то неприятное?
— Позже, Томас. — Он указал на замигавший телефон на махагоновом столе.
Клейн кивнул, взял трубку и кивнул снова. Владелец «СофтГоу» не заставил себя долго ждать.
Лицо Клейна раскраснелось, но он оставался сосредоточенным и спокойным. Он коротко изложил суть дела, терпеливо выслушал возражения собеседника, мягко, но уверенно взял его за горло, сгладил встречные опасения и постепенно свел на нет разделявшую их дистанцию. Все без лишнего шума вернулось в нужное русло, как уже бывало сотни раз. Фирменный почерк «Кристи»!
Петер перевел взгляд на матово-зеленый барельеф с изображением главной святыни Явы — храма Боробудур [6], висевший на стене за спиной Клейна.
Он закрыл глаза. Впервые за долгое время перед ним предстала Келли с ее чудесной, непринужденной улыбкой. Такая живая, будто и не прошло всех этих лет.
Окна конференц-зала «Кристи» выходили во внутренний двор фешенебельного здания, подальше от каналов и бесконечной вереницы прогулочных теплоходов. Линда Якобс закрыла дверь, отсекая доносившийся от них гул, когда Петер и Клейн вернулись.
