"Зарубежный детектив 2026-21". Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Родс Кейт
Что же он делал до того, как вскрыл тела несчастных Ламбертов? Вначале мы разобрали одно, а может быть, и два преступления, которые, вероятно, имели место: похищение Эдриана Йорка и попытка похитить Томаса Кинтри в Бристоле, в середине девяностых годов. То есть речь идет о деле пятнадцати- или шестнадцатилетней давности. И ребятки все-таки были постарше: Эдриану Йорку шесть лет, Томасу Кинтри все двенадцать.
— Сразу нестыковка, — вклинивается Бенни. — У таких людей критерии отбора обычно четко выражены: пол, возраст, этническая принадлежность, цвет волос.
— Ну да, — нехотя соглашается Хоуи. — Пока сходство только в том, что он похищает детей. Как здесь соотносятся критерии, мы не знаем, потому что, даже если эти эпизоды связаны между собой, виктимология у них не сходится. Или же способ действия у него после пятнадцати лет затишья кардинально изменился. Напрашивается мысль, что эти пятнадцать лет он или подавлял в себе тягу к преступлениям, или, скажем, отсиживался в тюрьме, или….
— Или охотился в зоне радара, — заканчивает Лютер. — Ну а с имечком у нас что? Кто же такой этот Пит Блэк?
— А вот здесь на подходе есть соображения, — говорит Хоуи. — Насчет этого я и хотела поговорить. Возможно, это простое совпадение, но…
— Что — «но»?
Хоуи сглатывает — взволнованно, даже нервозно. Достает какой-то листок из той папки, что потоньше, и, сверяясь с написанным, говорит:
— В Нидерландах есть такой Цварте Пит, то есть Черный Пит. Он считается то ли слугой, то ли подручным Синтерклааса, старика вроде нашего Санты. Подарки ребятам он доставляет на пятое декабря, а… — Она смотрит на Лютера.
Тот открыл глаза и внимательно слушает ее.
— …А непослушных детишек забирает и уносит в мешках, — продолжает сержант. — По легенде, дети, которые похищены этими Черными Питами, сами затем составляют следующее поколение Черных Питов.
— Что в целом перекликается с похищением Эдриана Йорка, — констатирует Лютер.
— То есть тем похищением ребенка, которое таковым никто и не считал. Пока не оказалось слишком поздно.
— Ну а что, если в течение этих пятнадцати лет он не бездействовал и не мотал срок в тюрьме? Что, если он просто жил себе да поживал, тихо и мирно?
Хоуи одну за другой выкладывает на стол Лютера какие-то бумажки с картинками и надписями. Она рассказывает, что во многих культурах бытует некий мифический бука, которого представляют достаточно коварным малым с мешком за спиной, умыкающим непослушных деток.
— Взять, скажем, Эль Хомбле Де Ла Больса, что означает Человек-с-Мешком. А в Армении и Грузии он зовется Мешок-Человек. Примерно то же, что в Болгарии Торбалан, а в Венгрии Закос Эмбер, или тот же Человек-с-Мешком. В Северной Индии его зовут Бори Баба, или Мешок-Отец, а в Ливане Абу Кис, то есть буквально Человек-Мешок. Во Вьетнаме он значится как Господин Три Мешка, а на Гаити — Мешок из Рогожи.
Лютер смотрит на картинки, на которых изображены тролли, великаны и другие жутковатые сказочные персонажи — костлявые, горбатые, носатые старики, утаскивающие орущих во всю глотку детей.
Он встает (а точнее, ноги сами его подбрасывают) и начинает расхаживать по тесному кабинету.
— Ну вот, уже кое-что, — рассуждает он будто сам с собой. — Думаю, в этом есть смысл. Бенни, нужно, чтобы вы оба снова потралили Сеть и добыли еще информации в привязке к одному из этих персонажей — Черный Питер, Мешок-из Дерюги, Мешок-Папа, ну и так далее. Если что-нибудь выскочит — хоть что-нибудь, — сразу же извещайте меня.
В шестнадцать ноль семь Корниш и Теллер проводят еще одну наспех созванную пресс-конференцию, вторую за день. Старший детектив Лютер на ней отсутствует.
Корниш зачитывает следующее заявление:
— Как вам уже известно, городская полиция Лондона занимается расследованием очень серьезного преступления и воздерживается от каких-либо комментариев в отношении угроз, сделанных человеком, называющим себя Питом Блэком.
Я бы хотел еще раз акцентировать ваше внимание на том, что кто бы ни совершил это зверство в отношении мистера и миссис Ламберт, а также их ребенка, никто этого человека на такой поступок не подвигал. Кто бы это ни был, на эти злодеяния он пошел по своей собственной воле. Поэтому если лицом, совершившим эти преступления, действительно является человек, именующий себя Питом Блэком, то столичная полиция еще раз искренне призывает его сдаться властям. Он может быть уверен, что с ним будут обращаться в полном соответствии с законом.
Его телефонные звонки на лондонскую радиостанцию мы истолковываем как крик о помощи крайне отчаявшегося человека. И мы намерены, если он нам это позволит, дать ему ту помощь, в которой он нуждается. Однако, учитывая ту опасность для общества, которую представляет этот человек, позвольте повторить: мы просим всех жителей нашего города оказать нам содействие в его поиске и задержании. Ведь кому-то наверняка известно, кто он такой. Для того чтобы ускорить этот процесс, городская полиция Лондона объявляет награду в сто тысяч фунтов стерлингов за информацию, могущую привести к поимке и осуждению человека, именующего себя Питом Блэком.
На этом мое заявление завершено. Тем не менее я готов ответить еще на пару-тройку вопросов. Прошу вас, дамы и господа, соблюдать очередность и дисциплину.
И вот началось — взволнованное, беспорядочное бурление людских голосов:
— Намерены ли вы извиняться перед Питом Блэком?
— Отсылаю вас к моему заявлению, которое прошу считать последним словом по данному вопросу.
— Совершит ли Пит Блэк новые убийства, если вы откажетесь выполнить его требования?
— Ответить вам значило бы погрузиться в трясину досужих домыслов.
— Насколько велика угроза?
— На данный момент определить это с точностью невозможно.
— Если Пит Блэк вырежет еще одну семью, полетят ли головы в полицейской администрации?
— Не вполне уверен, что понимаю ваш вопрос.
— Кто несет ответственность за отказ от тактики старшего детектива Лютера?
— Я.
— Детектив Лютер отстранен от дела из-за напряжений в ходе расследования?
— Старший детектив Лютер от дела не отстранен.
— Вы думаете поддерживать старшего детектива Лютера?
— Безоговорочно.
— Вы уже составили психологический портрет убийцы?
— Без комментариев.
— Что известно об убийце? Совершал ли он злодеяния прежде?
— Без комментариев.
— А не поздновато ли вы спохватились?
— Не понимаю вашего вопроса.
— Верите ли вы в своего старшего следователя по делу?
— Безгранично.
— Тогда где же он?
— Скажем так: он занят.
— Он отстранен от дела?
— Нет.
— А может, именно так и следовало поступить?
— Нет.
— Не делаете ли вы ошибку, отказываясь принести Питу Блэку извинения?
— Нет, ни в коей мере.
— Скольким лондонцам нынешней ночью грозит опасность из-за сомнительных оперативных решений, принятых детективом Лютером?
— Если кому-нибудь из лондонцев и грозит опасность — я подчеркиваю, если, — то это только из-за человека, назвавшего себя Питом Блэком. Еще раз настоятельно призываю лондонцев заглянуть в свои умы и сердца, посоветоваться с совестью. Если вы знаете, кто этот человек, то очень прошу вас: свяжитесь с нами по горячей линии.
На этом все. Благодарю вас, дамы и господа, и желаю вам хорошего дня.
Пока Корниш и Теллер ведут диалог с переполненным конференц-залом, Лютер и Хоуи вплотную сидят у стола Бенни Халявы.
— Прочесал Сеть, — докладывает тот, — прошерстил весь список лиц, совершивших сексуальные преступления. Имена, фамилии…
— Кого-нибудь облюбовал?
— Нет. Поэтому я отклонился немного в сторону и пошел, держа нос по ветру.
— И как далеко ты зашел?
— Да вот взбрела такая мысль в голову: а что, если все эти годы вне радара, так сказать, наш Пит детей и не похищал вовсе, а попросту их покупал? — Бенни показывает Лютеру чей-то фотоснимок из досье. — Смотрите, это Василе Сава. Торговец детьми. Организовывал незаконные усыновления, экспортируя младенцев со всей Восточной Европы. Так что если кто-то пытался купить или сбыть ребенка в Лондоне, то не исключено, что он был знаком с Савой.
