Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд

Я зевнула и потянулась – Нектаринка спала, свернувшись в клубочек на соседней подушке. Когда я проснулась настолько, чтобы не позволять автозамене превращать сообщения в бессмыслицу, я написала Шармейн, что с радостью все приберу сама, а она пусть не спешит и приходит, как обычно. Я решила, что так я хотя бы час поработаю спокойно.

Приняв горячий душ, съев маффин и выпив примерно три литра кофе, я собрала вещи, закрыла входную дверь дома Клем на ключ и отправилась в центр. К приезду Шармейн, незадолго до девяти, я успела спрятать Нектаринку в квартире, распаковать чемодан, подмести пол в комнате для мастер-классов и торговом зале и стереть порошок для снятия отпечатков почти со всех полок.

К сожалению, дополнительный час отдыха ни капельки не улучшил вечно плохое настроение сестры.

– Сэди Мэй! – закричала она с порога. – Там сзади на косяке остались кусочки этой желтой полицейской ленты! Ты ничего хорошо сделать не можешь?

– И тебе доброе утро, сестра, – ответила я с напускной жизнерадостностью. – И в тысячный раз прошу, называй меня просто Сэди, ладно? Сначала я хотела прибраться в зоне для посетителей, чтобы все выглядело презентабельно. Уверена, ты права – сегодня сбежится толпа зевак, но вряд ли они будут заходить с черного входа.

– Все равно, – Шармейн, прошла в зал, пропустив мои доводы мимо ушей. – Сделать дело не до конца – значит, сделать его плохо.

Я прикусила язык, чтобы не реагировать на ее ядовитые слова. К счастью, у меня зазвонил телефон, и я смогла совладать с эмоциями. На экране высветилось «Офис Ричарда Баттербома», и я тут же взяла трубку.

– Хитрый Рики снова на коне! – послышался скрипучий голос, будто кто-то водил ногтем по классной доске. – Я сумел договориться, чтобы судья провел наше заседание самым первым, так что вы можете внести залог за мисс Паркер, как только будет удобно.

– Боже мой! – благодарно воскликнула я. – Я и думать не смела, что вы позвоните так рано. Какова сумма залога?

– Я сумел сторговаться до пятисот тысяч долларов, – гордо заявил он. – И вам нужно заплатить всего 10 процентов агентству-поручителю, остальное они внесут сами!

– Что?! – заорала я в трубку. – Пятьсот тысяч долларов для женщины возраста Клем – просто абсурд! Она столп общества, не говоря о том, что это ее первое правонарушение.

– Н…но это ведь обвинение в убийстве первой степени, – попытался защититься Хитрый Рики. – Я решил, что это разумная сумма.

– У нас совершенно разное понимание разумности, – пробормотала я и вздохнула с досадой. – Не важно. Я хочу, чтобы Клем вернулась домой сегодня же, так что привезу деньги. Спасибо, что ускорили процесс. Пришлите, пожалуйста, счет за ваши услуги.

– Подождите, – ответил он. – Нам еще нужно обсудить аванс за представление интересов в суде.

– Это не потребуется. Мы нашли другого адвоката с бóльшим опытом в уголовных делах, – солгала я. – Хорошего вам дня, мистер Баттербом.

Он бессвязно затараторил доказательства, что сможет защитить Клем в суде, но я уже отключилась.

– пронеслось у меня в голове, но, учитывая обстоятельства, озвучить эту мысль я не решилась.

Когда я обернулась, Шармейн стояла прямо передо мной, разинув рот.

– Ты сказала, залог для Клем – пятьсот тысяч долларов?! – завизжала она. – Клем в жизни столько денег не собрать.

– Я знаю, – кивнула я и принялась расхаживать взад-вперед. – Но можно отдать всего пятьдесят тысяч агентству-поручителю, а остальное они покроют сами. Все мои средства на длительных вкладах в Нью-Йорке, но я думаю, мы сможем договориться о кредите под залог магазина всего за пару минут. Я позвоню Кэтлин из Кредитного кооператива, спрошу, сможет ли она принять нас сегодня до обеда.

– Сбавь-ка обороты, Сэди Мэй.

Я оглянулась – сестра стояла в фирменной позе. Руки уперты в бока, одна нога впереди, твердо впечатана в пол. Всем своим видом она говорила: «Я не сдвинусь».

– Я ни за что в жизни не стану рисковать магазином или финансовой стабильностью своей семьи ради подозреваемой в убийстве, – заявила Шармейн, прожигая меня взглядом.

– Ты серьезно? – Я знала, что битва проиграна, но все равно вытащила главное оружие из арсенала. – Ты не готова сделать все возможное, чтобы помочь лучшей подруге бабушки Мэй? Как она была бы разочарована! Не говоря уж о том, что ты считаешь Клем способной на хладнокровное убийство!

Но слова не имели значения. По выражению лица Шармейн я поняла – никакому доводу ее доспехи не пробить. Никто никогда не считал мою сестру белой и пушистой, но я не могла не задуматься, что же произошло за эти двенадцать лет? Из-за чего она стала такой бессердечной?

Я вздохнула и вытащила сумку из-под кассы.

– Знаешь что? Не бери в голову. Мне твоя помощь не нужна. Я поеду к Кэтлин и возьму кредит на себя. Если понадобится – потом закрою парочку вкладов, чтобы покрыть его.

Я развернулась и выскочила в заднюю дверь.

До машины я дошла под аккомпанемент гневной тирады Шармейн о том, что я эгоистка, бросила ее в магазине, и ей в одиночку придется отвечать на беспардонные вопросы зевак. Мы никогда не были близки, но теперь я ее вообще едва узнавала.

Когда я добралась до Кредитного кооператива округа Эшвуд, мне впервые за несколько дней повезло. У Кэтлин не было посетителя, и она сразу пригласила меня в кабинет. Я объяснила ситуацию со слушанием Клем, и она тут же принялась оформлять документы на кредит под залог пары моих инвестиционных вкладов. Я не смела и надеяться, что это будет так просто.

Пока мы ждали одобрения от оценщика рисков, я заметила знакомую фигуру. Высокий стройный мужчина с телосложением гольфиста, на вид – лет шестьдесят, волосы посеребрены сединой, и доля серебра в этом сплаве довольно большая. Он вышел из комнаты для осмотра в зоне сейфовых ячеек, перекинув через плечо туго набитую сумку, и заглянул в офис другого агента по займам.

– Кэтлин, – начала я. – Я понимаю, через вестибюль плохо видно, но это не Рэндольф ли Поттс?

Она оторвалась от компьютера и посмотрела в окно кабинета.

– Да, точно он. А что?

– Жену еще не похоронил, а уже перебирает содержимое сейфов, разве не странно? Она же умерла всего два дня назад.

– Утром он дожидался открытия под дверьми, – сказала Кэтлин и взглянула на часы. – Смотри-ка, почти два часа проторчал в своей комнате. Наверное, искал ее завещание или документы на имущество. Обычное дело.

Меня ее слова не убедили.

– Судя по размеру сумки, у нее там десять томов завещания, – пробормотала я.

У Кэтлин звякнуло оповещение о новом письме, и она начала печатать необходимые документы.

– Подпиши здесь, Сэди, и я попрошу кого-нибудь из кассиров подготовить тебе чек. Ты хочешь его на свое имя или сразу на «Братство поручителей»?

– Сразу на «Братство», пожалуйста. Я хочу вытащить Клем из клетки как можно скорее.

Заметив, что Рэндольф Поттс уже заканчивает свой разговор, я спешно поблагодарила Кэтлин за помощь и сказала, что подожду у окошка кассы. А затем ринулась через вестибюль на перехват скорбящего вдовца.

– Простите, вы не Рэндольф Поттс? – мягко спросила я, остановив его за плечо.

– Да, это я, – сказал он. – Однако я в невыгодном положении. Кажется, мы не знакомы, потому что такую красавицу я бы не забыл. – Старый хрыч даже имел наглость подмигнуть в довесок к комплименту.

Фу-у. Меня внутренне передернуло.

– Меня зовут Сэди Сэкстон. Я одна из владелиц магазина «Вязальный переворот» и хотела выразить соболезнования по поводу кончины вашей супруги. Даже представить не могу, каково вам сейчас.

– Ну, всем нам рано или поздно приходится столкнуться с потерей любимых людей, верно? – Он пожал плечами. – Я только хочу, чтобы бестолочи шериф и прокурор отдали тело, раз подозреваемый арестован, чтобы Руби упокоилась с миром, а я смог жить дальше.