Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд
Наступило утро. Нелла раздвинула тяжелые шторы, и комнату залил ослепительный солнечный свет. Старого Ганса одолела усталость: он задремал в кресле в дальнем углу комнаты. Полная волнений бессонная ночь лишила старого слугу сил. Нелла и принц Ариберт взглянули друг на друга. Они не обменялись ни словом, но каждый знал, о чем думает другой. Самое страшное было позади, и теперь в глазах влюбленных светились облегчение и радость.
– Ариберт! – донесся слабый голос с кровати.
Ариберт подошел к племяннику, а Нелла осталась у окна.
– Что случилось, Евгений? – спросил он. – Ты выглядишь лучше.
– Ты полагаешь? – тихо вымолвил больной. – Прости меня, пожалуйста. Прости за все. Вероятно, я доставил тебе ужасно много хлопот. Я поступил нелепо, и это меня злит. Опиум – слишком слабая штука, просто я не мог придумать ничего лучше, а попросить у кого-то совета не посмел. Мне пришлось пойти и купить яд самостоятельно. Но, слава богу, яд хотя бы подействовал.
– Что ты такое говоришь, Евгений? Тебе уже лучше. Через день-два ты полностью оправишься.
– Я умираю, – едва слышно возразил Евгений. – Не обманывай себя. Я умираю, потому что хочу умереть. Так суждено. Я чувствую это сердцем. Через пару часов все будет кончено. Трон Познани станет твоим, Ариберт. Ты достоин его больше, чем я. Однако там не должны узнать, что я себя отравил. Пусть Ганс поклянется сохранить все в тайне, доктора тоже. И сам никому ни слова. Я был глупцом, но я не желаю, чтобы стало известно, что я еще и трус. Впрочем, надеюсь, это не трусость, а наоборот, смелость – разрубить узел. Я бы не пережил позор разоблачений. А разоблачения последовали бы неизбежно. Я выставил себя глупцом и готов за это заплатить. Мы в Познани всегда платим за все, кроме наших долгов. Ах, эти долги! Если бы не они, я бы мог взглянуть в лицо той, которая должна была стать моей супругой, разделить со мной трон. Я скрыл бы свое прошлое и с ее помощью начал бы все сначала. Увы, судьба была не на моей стороне, как и всегда! Всегда! Кстати, Ариберт, что за заговор устроили против меня? Я забыл, забыл…
Глаза Евгения закрылись. Внезапно послышался грохот. Это старый Ганс во сне упал с кресла. Он поднялся на ноги и смущенно вышел из комнаты.
Ариберт взял племянника за руку.
– Не говори глупостей, Евгений! Ты бредишь. Скоро ты поправишься. Соберись!
– Все из-за какого-то миллиона, – простонал больной. – Из-за жалкого миллиона фунтов. Государственный долг Познани пятьдесят миллионов, а я, герцог Познанский, не смог одолжить и одного. Если бы я его получил, то вновь гордо поднял бы голову. Прощай, Ариберт… Кто эта девушка?
Ариберт поднял глаза. В ногах кровати молча, со слезами на глазах, стояла Нелла. Она подошла к изголовью и приложила руку к груди Евгения. Сердце больного едва билось, и Ариберт прочел в глазах Неллы отчаяние.
В этот момент в комнату вошел Ганс и поманил ее рукой.
– Я слышал, что герр Рэксол вернулся в отель, – шепнул старый слуга. – Он поймал некоего Жюля, про которого говорят, что он страшный злодей.
На протяжении ночи Нелла несколько раз осведомлялась об отце, но никто не знал, где он. Теперь, в половину седьмого утра, среди служащих отеля загадочным образом распространились слухи о событиях минувшей ночи.
– Где мой отец? – спросила Нелла.
– Говорят, где-то на самом верху, – пожав плечами, Ганс показал наверх.
Нелла выбежала из комнаты. Читателю уже известно, как она прервала беседу Теодора Рэксола и Жюля.
Спускаясь вниз с отцом, Нелла вновь повторила:
– Принц Евгений умирает, но я полагаю, ты можешь его спасти.
– Я? – изумленно воскликнул Теодор Рэксол.
– Да, – уверенно произнесла Нелла. – Я скажу, что тебе надо делать.
Глава двадцать девятая
Теодора призывают на помощь
Нелла спустилась с отцом по лестнице с верхнего этажа – лифты еще не работали, – провела его к себе в комнату и заперла дверь.
– Ну и что все это означает? – спросил заинтригованный Рэксол.
– Папочка, – заговорила девушка, – ты ведь очень богат, правда? Очень-очень богат?
Нелла улыбалась нервно и робко. Рэксол еще не видел такого выражения на лице дочери. Он хотел было ответить шуткой, но сдержался.
– Да. Пора бы тебе это знать.
– Как скоро ты смог бы достать миллион фунтов?
– Миллион… чего? – вскричал Рэксол. Даже он поразился, с какой легкостью Нелла произнесла эту колоссальную сумму. – Бога ради, к чему ты клонишь?
– Я сказала: миллион фунтов. Или пять миллионов долларов. Как скоро ты сможешь достать столько денег?
– Ох, – задумался он. – Примерно за месяц, если сделаю все аккуратно. За месяц я смогу снять со счетов миллион, чтобы не вызвать переполох на Уолл-стрит и в других местах. Но для этого придется похлопотать.
– Никуда не годится! – воскликнула Нелла. – А ты смог бы получить эту сумму побыстрее, если бы тебе было очень нужно?
– Если бы мне очень было нужно, я бы справился за неделю, но это бы внесло беспорядок в дела, и привело бы к убыткам.
– А разве ты не мог бы, – не унималась Нелла, – пойти в банк сегодня же утром и взять заем на миллион, если бы это был вопрос жизни и смерти?
Рэксол помолчал.
– Послушай, Нелла, – наконец произнес он. – Что ты задумала?
– Просто ответь на мой вопрос, папа, и не сочти, что я совсем сошла с ума.
– Полагаю, я бы мог раздобыть миллион сегодня же утром даже здесь, в Лондоне. Но это мне дорого обойдется. Я потеряю пятьдесят тысяч фунтов и вызову, черт возьми, финансовый кризис в Нью-Йорке, а это сильно ударит по моим капиталовложениям.
– С чего бы в Нью-Йорке должны об этом узнать?
– С чего бы в Нью-Йорке должны об этом узнать? – повторил Рэксол. – Девочка моя, когда кто-то одалживает миллион соверенов, об этом становится известно во всем мире! Или ты воображаешь, будто я приду к управляющему Банком Англии и заявлю: «Послушайте, одолжите Теодору Рэксолу миллион фунтов на несколько недель, и он выпишет вам долговую расписку и сопроводит ее перечнем своих активов»?
– Но ты смог бы достать столько? – вновь спросила она.
– Если в Лондоне наберется миллион, полагаю, я смог бы его получить.
– Ну вот, папочка! – Нелла обвила руками шею отца. – Теперь пойди и сделай. Для меня. Я никогда не просила тебя о столь серьезном одолжении. А теперь прошу. Мне очень нужен миллион.
Рэксол внимательно посмотрел на дочь.
– Ты заслуживаешь награды, – через несколько мгновений сказал он. – За недюжинную выдержку. А теперь поведай мне, каков истинный смысл всей этой нелепицы?
– Мне нужен миллион для принца Евгения, – запинаясь, начала Нелла. – Если он не получит миллион, чтобы расплатиться с долгами, он погиб. Принц по уши влюблен в принцессу, но не может на ней жениться из-за долгов. Ее родители не допустят свадьбы. Евгений должен был получить эту сумму от мистера Сэмпсона Леви, однако добрался до Лондона слишком поздно – из-за Жюля.
– Я все об этом знаю, наверное, даже больше тебя. Но не могу взять в толк, как это касается нас с тобой.
– Дело в том, папочка, что принц Евгений попытался покончить с собой, – продолжила Нелла, – Он совершенно раздавлен. Да, настоящее самоубийство! Вчера вечером он принял опиум. Яд не убил его сразу – Евгений, хоть и с трудом, но выжил. Тем не менее он еще очень слаб и говорит, что желает умереть. И я уверена, что он умрет. Так вот, папочка, если ты дашь Евгению этот миллион, то спасешь ему жизнь!
Новости, рассказанные Неллой, стали для Рэксола большой и неприятной неожиданностью. И все же он сохранил невозмутимый вид.
– У меня нет ни малейшего желания спасать его жизнь, Нелла, Я не очень-то уважаю этого вашего принца Евгения. Я сделал для него все, что мог, но только потому, что люблю справедливость и решительно против заговоров и тайных убийств. Но если он желает покончить с собой, это совершенно другое дело. Тогда я скажу так: пусть. Кто повинен в том, что принц Евгений наделал долгов аж на миллион фунтов? Он вправе винить лишь себя и свои дурные привычки. Если он все же скончается, полагаю, трон Познани перейдет к принцу Ариберту. И очень хорошо! Ариберт стоит двадцати таких племянников!
