Спектакль - Здрок Джоди Линн
– Вы мне как-то сказали, что проявившиеся способности говорят нечто о самом человеке.
Месье Патинод открыл портсигар и щелкнул по нему, чтобы достать сигарету.
– Неизменно, – ответил он, чиркая спичкой, и закурил. – И часто это довольно удивительно, по крайней мере, отличается от ожиданий.
– Кажется, я знаю, – начала она, – что мои видения говорят обо мне. У меня есть пристрастие ко всему страшному, как вы уже догадались, так что это наверняка часть картины, – она вдохнула и выпустила этот воздух с шумным выдохом. – Еще думаю, что я такой человек, который предпочитает видеть жизнь без прикрас. И смерть – тоже, неважно, насколько она жестока и уродлива.
– Все это делает тебя превосходным журналистом, должен отметить, – месье Патинод улыбнулся, затягиваясь.
– Спасибо, – сказала Натали. Она смотрела, как он выдыхает, завороженная эфемерностью дыма. Только что он был, и вот его уже нет – в мгновение ока.
– Еще, – добавил он, – проблески правды, особенно о себе и своей сущности, это праздник. Помни об этом.
Эти слова что-то разбудили в ее памяти, как нитка, приводящая в движение марионетку. То, что гипнотизер ей сказал на прощание: «Помните, кто вы такая, и тогда поймете, почему не можете забыть».
И тогда она вспомнила. Месье Лебо, гипнотизер. У него были бесконечные стопки книг, и она скользила взглядом по названиям. Вот где она видела книжку Энара. «Зачаровання наука или наука зачаровывания?» Буклет с названием, который ей напомнил загадку.
Когда она ходила к месье Лебо, то еще не знала своей сущности, так сказать. Даже после того как пришла к нему, чтобы понять свой дар, она еще не сознавала его полностью. Возможно, не понимала до сих пор. Но этого было уже вполне достаточно.
Этого и, конечно, собственных слов Энара.
Последнее, что Натали сделала перед сном этим вечером, – перечитала части текста книжицы, которые сама и подчеркнула в «Зачарованной науке или науке зачаровывания?». Она прочитала ее дважды за вечер. Первый раз – сама, второй раз – зачитывая фрагменты вслух маме, которая никогда ее не читала. Натали была рада этому; впервые с момента, когда она рассказала маме о видениях, они изучали Озаренных вместе.
В буклете была двадцать одна страница, некоторые места написаны научным языком, который Натали не показался интересным. Ей понравились более захватывающие части.
Идея таких экспериментов не пришла ко мне за час или за день. Напротив, это явилось, как мне кажется, результатом многих лет наблюдений (к этому я вернусь ниже) в сочетании с моей большой любовью к греческой мифологии и тому, что можно назвать магическими составляющими христианской веры. После эпохи, когда наши величайшие мыслители (Декарт, Вольтер, Локк) полагались исключительно на разум, назрела необходимость чего-то менее сурового, как я считаю. Дух человеческий нуждается в украшении.
Касательно того, что я счел достойным наблюдения, – это не было обыденным. Это было необычное, это были элементы нашего мира, которые являлись природными, но в то же время отличались от него, и они привлекали мое внимание больше всего. Те, кто обладал музыкальным, литературным, художественным гением, как и кошка с лишними пальцами на лапе; Чанг, китайский гигант двух метров ростом, который появлялся в Лондоне прошлым летом; тюльпан, выделяющийся своей яркостью на фоне остального сада. Я задумался, возможно ли обуздать наукой величайшие проявления человеческой природы и добавить их к сущности конкретного “Я”.
Затем он продолжил (и никак не переставал говорить, подумала Натали) о своих исследованиях, используя сложные термины и формулы, которые она просмотрела мельком. Он метался от подробности к расплывчатости в презентации своей работы («секретность необходима для большинства областей моих исследований») и говорил о науке и медицине, об алхимии и обрядах как древних, так и современных. Скукота.
Следующий фрагмент, который привлек ее внимание, был рассказом доктора Энара о его первых экспериментах.
На момент написания этих строк восьмерым людям были сделаны переливания. Протяженность времени, прошедшего с момента их переливаний, разнится от двух недель до трех месяцев. Семеро успешно проявили магические способности: 1) мужчина 19 лет, который слышит мысли последнего человека, к руке которого прикоснулся; 2) мужчина 41 года, способный идеально повторить любой услышанный голос; 3) женщина 46 лет, которая может исцелять взглядом; 4) мужчина 55 лет, кто во снах предсказывает болезни; 5) женщина 27 лет, которая может различить финансовое положение человека по запаху; 6) мужчина 22 лет, способный передавать мысли другим людям, используя животных в качестве носителя; и 7) женщина 39 лет, которая читает прошлое людей, погладив их волосы.
Восьмой участник (возраста 33 лет) загадочен. Его переливание не смогло вызвать магические способности. Мое обследование его тела и разума до, во время и после не выявило возможной причины. Я пометил это как вопрос для дальнейших исследований.
Я встречался с участниками каждую неделю в первый месяц, затем – раз в месяц. Все, кроме «номера восемь», довольны результатами. Все, включая восьмого, чувствуют себя хорошо.
Отметим, что есть различия в силе магического дара. Четверо пациентов докладывают об усилении своих способностей по прошествии времени; у троих они остались на том же уровне после переливания. Одна пациентка забеременела и спросила, унаследует ли ребенок ее дар. Моя теория предполагает, что не унаследует, так же как ребенок не наследует перелом пальца, если он есть у родителя, или предпочтение к синему цвету, если родитель его проявляет.
Тем не менее человеческое тело – сложный механизм. Так же, как я не знаю, почему восьмой участник не приобрел магических способностей, я не могу утверждать, что не возникнут обстоятельства, при которых ребенок может обладать магическими способностями.
Это предложение Натали подчеркнула самой толстой линией. Ей пришлось перечитать его несколько раз, чтобы убедиться, что она правильно его поняла. Может, она была единственным ребенком Озаренного родителя, который проявил магические способности. А может, и не единственным, но остальные скрывались. То, что месье Патинод, и Кристоф, и ее мать не слышали о таких примерах, не значит, что их не существует. Сейчас это не имело значения, не так ли? Она была тут. Она была доказательством того, что невозможно доказать.
Она перелистала к концу книжечки, к финальному фрагменту, который пометила как важный.
Те, кто протестует против моей работы, утверждают, что я играю в Бога. Я не играю в Бога; я чту Его, молюсь Ему и благодарю Его за дар Озарения, который воплотился в этих экспериментах.
Подозреваю, некоторые люди будут завидовать тем, кто получил переливания. Чем больше имеет человек, тем больше другие упрекают его за это. Человек завистлив и бывает мелочным созданием. Человек также является созданием с невероятными возможностями, некоторые из них освобождены, а некоторые – в ловушке собственного узкого и ограниченного мышления. Надеюсь, что это начало новой эпохи: такой, где институт разума сливается с магией и вместе они создают новый способ проявления человеческого духа через обретение озарения.
До прочтения работы Энара Натали считала, что он был обманщиком, высокомерным и равнодушным, человеком, которого не заботили его пациенты или последствия, от которых они в итоге страдали. Она поняла теперь, что в нем было что-то большее, во всяком случае, когда-то в нем это было.
Глава 39
Темный художник разлагался, а люди в это время покупали газеты в ожидании следующего письма или толпились в очереди перед моргом, думая, будут ли они первыми, кто увидит его новый «экспонат». Некоторые из них видели его труп за два дня, что он был в демонстрационной комнате морга. Еще больше людей прочитало о нем в репортаже из морга, который описал его как «похожего на скульптуру римского императора, сокрушенного ударом молотка в висок». Репортаж также отмечал, что «одежда его была высокого качества, за исключением одной детали –не хватало кусочка в его бордовом шелковом шейном платке».
